— Мальчик!
— Поздравляю, мамочка, у вас сын!
— У меня сын? — почему-то спрашиваю, хоть и так знала, что будет сын.
— Конечно сын, а ты кого хотела?
— Сына.
— Ну вот и получай сынулю.
Акушерка положила малыша мне на грудь. Я почувствовала, как сердце моё замирает от счастья.
Ребенок такой маленький, но при этом оказался сильным и крепким. На глазах моих появились слезы. Это слёзы счастья и конечно любви к этому маленькому, но такому желанному существу.
В этот момент я чётко осознала, что моя жизнь уже никогда не будет прежней.
Теперь я — мама.
-----
В палате я оказалась вместе с девушкой по имени Лина. Она родила девочку. И выглядит, как мне кажется, похуже чем я. На её лице отражается слабость, усталость, изнеможение и ощущение боли, которая еще не окончательно прошла. Видно тяжело ей пришлось. Мне было нелегко, а ей намного хуже.
Мы познакомились. Немного отдохнув, разговорились. Обсуждали подробности этого нелёгкого для нас обеих дня. И вообще, некоторых моментов в жизни. Говорила больше она. Рассказала, что это её третий ребёнок, у неё уже есть два сына и вот теперь ждали девочку.
Я больше вопросы задавала, потому что мне по сути нечего рассказать. У меня нет любящего мужа, который, как у неё, растил бы со мной детей: одного, второго и вот теперь третью. У меня вообще ничего нет. Только мой ребёнок и всё.
Вскоре принесли детей. Очень доброжелательная медсестра показала и рассказала, как прикладывать малыша к груди и кормить. Проследила, убедилась, что мы с Линой всё делаем правильно, ответила на наши вопросы и ушла.
Теперь наши дети остались с нами.
— Ты как малого назвала? — спросила Лина, разглядывая моего сына.
— Я… я ещё думаю.
— Как так, ты что не знаешь, как назовёшь сына?
— Я думала много раз, но никак не могу определиться.
— Смешная ты, ну как можно за всю беременность не придумать как назвать ребёнка? Мы вот с мужем всегда знали, что у нас будет Василиса.
Я пожала плечами.
Что я могу ей сказать. Как объяснить свои переживания. Давно когда-то, кажется в прошлой ещё жизни, мы с Тимуром смеялись, что если у нас будет сын, то обязательно назовём его Данила. Чтобы был Данилов Данила. Я так любила это имя когда-то, что теперь не представляю, как быть. Очень хочу назвать сына Данила, но боюсь, тогда он будет бесконечным напоминанием о его отце. Понятно, он и так будет этим самым напоминанием, но если назвать по-другому, может не таким явным. Ведь фамилия у него моя — Алиев, а значит и имя… в общем, не знаю. Поэтому я никак не могу ответить на вопрос.
Вот он малыш, сейчас в моих руках. Смотрю и не могу насмотреться на сына.
— Данила, — вдруг сказала, само как-то произнеслось.
— О, красивое имя. Данила? — повторила Лина.
— Да, — я кивнула.
Посмотрела на сына и поняла, он будет точная копия своего отца.
-----
На следующий день я уже хожу по коридору. Расхаживаюсь. Врач сказал вставать и ходить, а не разлёживаться. Ну, я и хожу. Лина пока ещё лежит, у неё там всё намного серьёзней, поэтому ей вставать можно, но не особо часто.
Иду я по коридору, руки в карманах халата, голову повернула, смотрю в окно. Сегодня солнечно. На улице, наверное, сейчас хорошо.
— Данилова, я тебя жду! — выкрикнул кто-то, я быстро повернулась, дверь процедурного открыта и медсестра выжидательно смотрит.
Но, как оказалось, звали не меня. Какая-то девушка в ярком халате и ярко-розовых шлёпках прошла мимо и скрылась за дверью кабинета.
«Да мало ли в стране Даниловых», — первая мысль.
Но вторая, что-то заподозрившая, заставила встать у окна в ожидании той самой Даниловой, которую позвали. Хочу её увидеть.
Я не слишком хорошо помню лицо той девушки, которая была на фото. Само фото я давно удалила, чтобы не было ничего напоминающего о муже. И в медцентре, я не особо разглядывала её лицо, она стояла так, что лица я не увидела. И вот теперь пытаюсь вспомнить, какое оно было — лицо разлучницы.
Стою у окна, недалеко от кабинета, руки на груди скрестила, жду, когда откроется дверь.
Эта девушка вряд ли знает меня в лицо, но если и знает, мне всё равно. Уж она точно не побежит к нему и не станет рассказывать, что видела меня в роддоме. Ей это невыгодно ни с какой стороны.
Поэтому, смело стою в ожидании и попытке понять, что именно она тут делает. Может, лежит на сохранении или ещё по какой причине.
Было бы смешно, если она тоже родила. Да, это было бы смешно и невероятно грустно. Тогда получается, он изменял мне так давно, что она забеременела, и именно поэтому он меня вышвырнул как собачонку. За ненадобностью.