Поэтому дело будет закончено здесь и сейчас.
Но пока операция не войдет в завершающую фазу, приходилось ждать.
глава 20
— Значит, о себе?
Демидов не спеша разглядывал свой бокал на просвет. Алмазные блики скользили по кромке, переливались в прозрачной золотистой влаге, горели в пламени свечей. Завораживающий эффект.
Было ожидаемо, что он клюнет. Настя на это рассчитывала и специально подводила его к этому. А интимная обстановка, вино и свечи, все это только располагало к откровенности.
— Но ведь ты понимаешь, что я тоже потребую чего-то взамен?
Ну конечно. Условия. Как же без условий?!
— Чего же? — она застыла, положив кисти на стол.
— Прежде выпьем.
— Вы надеетесь подпоить меня?
— Ну что вы, Анастасия. Мне нужно, чтобы у вас была ясная голова, — проговорил он, чокаясь с ней.
Какое совпадение, подумала Настя, ей ясная голова нужна была тоже. Она пригубила вино и поставила бокал.
— Не люблю алкоголь. Так чего же от меня хотите?
Он смерил ее тяжелым взглядом, а после произнес:
— Доверия. Полного и безоговорочного.
— О, — Настя засмеялась. — Я попытаюсь. Насколько это возможно.
— Хорошо. Я запомню.
Скрытый подтекст. Это такой прием, подумалось Насте. Отрезать жертве пути к отступлению. Оферта. Но она не дрогнула, потому что ей хорошо известен был этот прием.
— Я слушаю вас, Константин Аркадьевич, — проговорила она нейтральным тоном, взяла стакан сока и устроилась поудобнее.
Повисло молчание. Мужчина не отрываясь смотрел на нее, как будто сомневался. Прищуренный взгляд и характерный жест, он проводил тыльной стороной пальцев по своим губам.
А потом он заговорил.
***
Это была исповедь маньяка без купюр. Он говорил легко, приводил достоверные подробности, слова лились.
В первый момент Настя была в шоке.
Но потом, как это нередко бывает при просмотре фильма ужасов, сработала защитная реакция, притупляющая восприятие. Дальше она слушала отвлеченно.
Было что-то нереальное в том, чтобы сидеть с ним вот так, наедине. Вино, свечи, интимный полумрак. Взгляд и низкий бархатный голос, на вибрации которого откликается что-то внутри.
Психоэмоциональное управление. Технология.
Насколько он опасен, Настя по-настоящему осознала только сейчас. Под его влияние действительно легко подпасть. И стать очередной его добровольной жертвой.
Но только она здесь не для того.
«Говори, не останавливайся», — думала она, глядя ему в глаза.
Доверие? Однозначно.
***
Демидов смотрел на женщину, и ему было даже жаль, что все происходит вот так. Впервые встретил кого-то достойного его внимания, а у него совершенно нет на нее времени. Злость полыхнула на мерзавца Терских, однако мужчина подавил всплеск ненужных эмоций. Он уже имел представление, как упокоить этого назойливого червя, а заодно решить эту внезапно выскочившую проблему с разводом.
Сейчас он хотел заняться женщиной.
В этом было нечто… возвышенное.
Он ощущал себя мастером, приступающим к своему лучшему творению.
Сама того не ведая, женщина подняла благодатную тему, а уж он знал, как увлечь ее, чтобы она потеряла себя. Стала податливой и жаждущей. Да, черт побери, он видел принятие в ее глазах. Он уже хотел ее. А скоро она сама будет умолять его взять ее. И когда это произойдет, для нее уже не будет пути назад. После этого она останется здесь навсегда.
Он мысленно коснулся ее между ног, а потом задержал взгляд на горошинках сосков, которые, он знал, сейчас натянут ткань платья. Его самого затягивало в это, как сетью, вело, противиться было сложно, но мужчина и не хотел. Он уже начал.
Ничто не остановит его сейчас.
Звонок.
Его гаджет.
Он даже не сразу среагировал. Но вызов шел, и Демидов покосился на экран. Там высвечивался контакт его начальника безопасности. Тот не стал бы звонить просто так, без повода. Значит, что-то экстренное.
— Одну минуту, — проговорил он, вышел в соседнюю комнату и принял вызов.
***
Время было просчитано по секундам.
Собственно, операция началась даже раньше. Еще когда отключили диспетчера аппаратной видеонаблюдения. А старшего над людьми Демидова выманили в клинику. Ничего особенного, начбез проверил все и вернулся.
Вернувшись, начбез обнаружил своего человека лежащим лицом прямо на пульте. Диспетчер был в обмороке. Разумеется, начбез бросился просматривать записи. Понятно, что это его прокол, и если записи пропали… Он уже готовился к худшему, но записи с камер не были стерты. Только немного помех на одной, меньше секунды, не в счет.