Хорошо, что ситуация прояснилась. Оставалось только порадоваться, что все не зашло слишком далеко. Он среагировал и принял меры вовремя. Остальное решаемо.
Постепенно, медленно, но неуклонно ментальные щиты вставали на место. Немного аутотренинга, и концу этого короткого пути он уже был почти безмятежен и спокоен.
Увиденное вновь выбило его из душевного равновесия.
Потому что этих людей здесь быть не должно.
Демидов занервничал. Особенно когда гаденыш Терских выступил вперед.
— Какая встреча. Не ожидал увидеть тебя здесь, Константин Аркадьевич.
Клоун *лядский.
Когда-то он уже отдал Виктора Терских в расход за то, что тот посмел увести у него бабки. Но братец Миша зачем-то выкупил жизнь этого урода. С братом Константин разобрался, потому что никто не может на*бать его безнаказанно. Витёк получил условную свободу, а Степанов за это поплатился дочерью. Достойная замена. И еще Витек должен был принести денег, тогда бы он, может быть, подумал, отпускать ли его действительно.
А вместо этого заварилось это дерьмо.
Демидов медленно выдохнул, остро ощущая женщину рядом с собой. Тварь. Он четко осознавал, что Терских не зря притащил ее с собой. И вел себя именно так, чтобы спровоцировать его. Все подстроено. А он купился на ее влажные сине-зеленые глаза, как озабоченный идиот.
Сейчас Демидова ела дикая досада.
В другое время, попадись ему Виктор в лесу один ночью, разговор был бы коротким. Просто приказал бы своим людям закопать его тут живьем. Но сейчас с ним не было его людей. А за спиной Виктора Терских, чуть поодаль, Демидов видел двух весьма опасных своих клиентов.
Был еще третий, похоже, телохранитель одного из клиентов, а может, обоих. Его Демидов где-то видел, но не мог вспомнить.
Двое его клиентов были в темной форме, у обоих приборы ночного видения, вооружены и экипированы как для охоты. Третий головорез был в штанах из цифры и черной футболке, из оружия — на поясе нож.
Все это не укладывалось в привычные рамки, животная интуиция зверя подсказывала ему, что дело принимает хреновый оборот. Холодок пробежал по спине. Адреналин, мать его. Но он не подал виду, а снисходительно протянул:
— Какой же ты все-таки назойливый.
Тот развел руками:
— Какой есть.
Внезапно тот третий, которого он принял за телохранителя, подошел вплотную и отрывисто бросил:
— Заканчиваем тут.
Да, действительно. Чего тянуть? Демидов отступил на шаг.
Больше всего он сейчас сожалел, что не оформлен развод и деньги не ушли его подопечной. Впрочем, ему пришла идея получше. Ведь если Виктор умрет, его жена и так унаследует если не все, то очень многое. Мысль пронеслась мгновенно, и это была хорошая мысль, она давала возможность переиграть все.
Он обернулся и указал на женщину:
— Отдаю ее в уплату долга.
Однако те двое, которым он был должен, даже не пошевелились. Хотя жертва выглядела идеально. Испуганная, в вечернем платье, туфельки на каблуках. Такую только гнать и гнать, пока не свалится. Ноль реакции на его слова. На него продолжали смотреть.
Вместо этого раздался смех. Смеялся Виктор.
— Ты еще не понял? Заказ был на тебя.
Что? Демидов мгновенно покрылся испариной.
— Против его ставки даю вдвое, — проговорил, показывая на Виктора. — Он ваш.
— Ошибаешься.
К нему шагнул головорез в черной майке.
— Узнаешь меня?
Мысли судорожно заметались. Демидов пытался вспомнить, где мог видеть этого амбала с перебитым носом. Где-то же видел… Ситуация выходила из-под контроля, надо было переломить ее, но начала накатывать паника.
— Заказчик — я, — проговорил тот, кого он принимал за телохранителя.
У него земля стала уходить из-под ног, а тот продолжал:
— Помнишь, ты отдал девчонку?
В мозгу искрой пронеслось мгновенное узнавание, он вспомнил, при каких обстоятельствах мог видеть этого головореза. Его то ли поставили на кон в один день с Ингеборгой, то ли он вышел сам. Плевать ему было тогда, что племянница не умерла, а оказалась в клинике. Даже лучше — новый рычаг давления на брата. Сейчас он вспомнил, что ее спас тогда какой-то военный.
И как не среагировал сразу?
Все эта тварь, Анастасия. Все мозги ему засрала…
Демидов медленно перевел взгляд на нее, но было поздно. Головорез в черной майке кивнул тем двоим в темной форме и повернулся к нему: