— Эй, это что, наезд, Василькова? Ты что, сегодня не стой ноги встала? — сразу начинает защищаться подружка. Теперь хорошо понимаю, почему у Воронцовой Эльвиру многие не любили. Только такая наивная дура как я могла терпеть ее.
— Нет, я как раз-таки встала с той ноги, пришла сюда специально, спросить зачем тебе это нужно? Или просто свербит в одном месте? Зачем ты разносишь сплетни, которые тебя не касаются? Тем более, что я не подтверждала тебе факт своей беременности!
— Ой, ты меня ещё в суд подай, Василькова, — кривится Эльвира в ответ. — Может я и брякнула что между делом, но ничего не утверждала лишь сказала свое мнение. Странно ты себя вела, желудок у тебя болит, если честно, мне наплевать, беременная ты или у тебя гастрит! Слишком много берешь на себя! Интересно, что случилось-то, Василькова, чего ты озверевшая такая. Или к тебе может кто на разборки приходил? Неужели бывшая жена пожаловала? Тогда я тебя понимаю, бедняжка! Сочувствую даже! Василиса она ведь как танк! Раздавит, не пожалеет.
— Девочки, успокойтесь, ну зачем ругаться двум таким красоткам, — вмешивается в наш разговор Леонид. — Может пойдём что-нибудь выпьем, Ян?
— Да что ты, она же не пьет, она беременная, — лыбится Эльвира.
— Что ж тебя так от зависти-то корежит? — спрашиваю, вкладывая в голос жалость. Эльвира ненавидит это. Как только ее пытаются пожалеть у нее сносит от злости крышу.
Это и правда ущербность. Зря я приехала. Не понять нам друг друга. Только убедилась, что не умею друзей выбирать…
— Я отвезу тебя домой, Ян, — говорит Леонид, когда выходим на улицу. Вон там моя машина, пошли.
— Это правда, что ты беременна? — задает вопрос Леонид, выруливая с парковки.
— Мне кажется, это не твое дело.
— От олигарха, с которым ты говорят уехала из Москвы в деревню? — продолжает сыпать вопросами Леня.
— Я просто поражаюсь, такой огромный город и всё-такие сплетники, — произношу с отвращением.
— Прости, я не хотел тебя обидеть… Просто знаешь… Никак забыть тебя не могу, Василькова, — ошарашивает меня откровением Леонид. — Вроде уже и столько месяцев прошло, а меня все колбасит, не могу начать ничего нового, о тебе все думаю.
— Мне очень жаль, я действительно встречаюсь с другим, Лень. Тебе надо меня забыть, извини.
— Я уже понял, — вздыхает мой собеседник. Ладно, проехали, забыли. Отвезу домой и забуду, — улыбается.
Внезапно у меня начинается сильное головокружение.
— Ян, что с тобой? — Леонид останавливает машину на обочине. — Не пугай меня так.
— Наверное давление упало, — все что удается произнести слабым голосом, и я проваливаюсь во тьму.
Дальше все как в тумане, сознание я потеряла всего на секунду, но перепугалась ужасно, Лёня — еще больше чем я. Он отвез меня в ближайшую больницу, не слушая возражений. Я уже сто раз пожалела о том, что пошла на чертов показ. Ну и что я доказала Эльвире? Только то, что она задела меня за живое.
Не знаю, что сделал Леонид и как ему это удалось, но меня не только приняли в больнице без полиса, померили давление, и даже оставили на ночь. Я чувствовала сильную слабость, глаза слипались. Последнее что помню, как мне показали на кровать в палате на двоих, и я упала на нее, тут же провалившись в сон.
— Вы знаете, что беременны? — спрашивает на следующее утро врач во время обхода. — Если вы знаете об этом, и разгуливаете по ночным вечеринкам, то вы просто дура, девушка.
Это звучит ужасно грубо, да и сам врач — дама преклонного возраста, не сильно приятная внешне, меня отталкивает. Неприятны ее прикосновения. Но доля правды в ее словах есть, поэтому молчу в ответ. Еще и платье, в котором спать невозможно и которое я сбросила ночью, сама не помню как, оставшись в бюстгальтере и трусиках, сейчас валяется на стуле возле кровати. Врач смотрит на платье с осуждением. На модном показе этот наряд смотрелся органично, а вот в больнице — явно наоборот. Представляю, что обо мне тут думают. Мне конечно наплевать по большому счету, но немного неприятно.
— Я только узнала на днях о беременности. Ещё даже не вставала на учёт.
— Вам нужно будет сегодня сходить на узи. Сдать анализы. Потом выпишем. Давление в норме. Вам надо встать на учет в своей поликлинике и желательно перестать ходить по вечеринкам.
— Обещаю, этого больше не повторится. Я пошла туда совершенно для другого… То есть, я не хожу по вечеринкам…
Сама не знаю, почему начинаю оправдываться. Наверное, потому что взгляд женщины такой строгий и пронзительный, что хочется залезть под одеяло. Хотя это глупо.