— Идиот! Теперь все увидят!
Психую. Нервы расшатаны до предела, для них сегодня явно самый сумасшедший день.
Таких в моей жизни точно еще никогда не было.
— И что? Ты так зависима от мнения незнакомых тебе людей?
Сжимаю и разжимаю кулаки. Никогда не думала, что я настолько подвержена жажде насилия.
Но прямо сейчас моя одержимость убийством своего «напарника» растет в геометрической прогрессии. Какой же он противный, прям моментально из себя выводит.
А так хорошо все начиналось.
— Ты не понимаешь, — с шумом выдыхаю, раскачиваясь на пятках и носках взад-вперед, как маятник, — мне не нужны сплетни, лишнее внимание и, в конце концов, я не разрешала тебе меня целовать!
От злости хлопаю кулаком себе по ладони. Вот-вот разорвет.
Он засовывает руки в спортивки и присвистывает:
— Говоришь, тебе не понравилось?
Наклоняется в мою сторону, отчего я машинально пячусь назад. Но отдалиться от него на мало-мальски нормальное расстояние не успеваю, он двигается следом.
— Нет, — сглатываю, потому что его лицо находится в опасной близости от моего.
— А я уверен в обратном, — сощуривается, всматриваясь в мое лицо, — иначе почему сразу не оттолкнула?
— Ты слишком много на себя берёшь, — пытаюсь привести в норму дыхание, которое из-за нашей очередной близости снова сбивается, — я просто опешила, вот и все.
— Давай еще разок проверим, м?
Он своей огромной, слегка шершавой ладонью аккуратно касается моей щеки, пальцами проводит вниз к шее.
Медленно. Нарочито медленно.
Я могу в любой момент скинуть его руку, ударить его, послать, да сделать хоть что-то из того, чем постоянно угрожаю, но я не двигаюсь.
Как под гипнозом, серьёзно.
Стою замерев, отслеживая глазами его глаза, а чувствами его касания к моей коже.
Вся моя пятиминутная смелость, ярость, от которой аж искры из глаз летели, куда-то подевались.
Исчезли.
Он наклоняется еще ближе, так, что кончиком носа случайно или нет, но царапает мой.
По телу табуном бегут приятные мурашки.
— А говорила не понравилось, — шепчет возле губ, я даже ощущаю его ментоловое дыхание, — какая же ты врушка.
Резко открываю глаза, оказывается я как самая настоящая идиотка закрыла глаза в ожидании поцелуя.
Боже, стыдно-то как. Дура, ты Дарья, просто чистая глупость во плоти.
— Я не врала, — упираюсь руками ему в грудь, отодвигая от себя, — задумалась, вспомнила своего парня и наши свидания. Представила его на твоем месте.
К чему я болтаю про какого-то парня? Сама не в курсе, видимо так сработала защитная реакция моего бестолкового сознания.
Но зато подействовало.
Егор хмурился и сам отходит от меня на безопасное расстояние. Или мне кажется, или его настроение заметно меняется не в лучшую сторону.
Так-то вот, пусть отстанет и прекратит веселиться за мой счет.
— Тогда твой парень жутко разозлится, увидев наш поцелуй, — говорит ничуть не переживая за меня или за настроение неизвестного ему парня, нет, скорее еле сдерживая ехидную усмешку.
— Я…
— Эй, хулиганье, — в лицо бьет яркий свет карманного фонарика, человека за ним не видно, но не трудно догадаться кто там стоит, — какого дьявола вы тут забыли ночью?
Глава 13.
— Это довольно серьёзный проступок, — проректор универа – приятный дяденька с порослью седых волос и мягким взглядом — сводит у переносицы густые брови, - Егор, ну ладно Дарья, она новенькая второкурсница, но ты уже без пяти минут выпускник. Как так можно?
Я молчу.
Язык отказывается шевелиться и говорить в свое оправдание хоть что-то.
Мне жутко стыдно и страшно.
— Геннадий Владимирович, — Егор, в отличие от меня чувствует себя расслабленно, будто у себя дома за столом с дядей родным говорит, поражаюсь его наглости, — у нас свидание такое было, ну вы ж понимаете?