— И ты выполнила? Ни за что не поверю, — прячу смешок в кулаке.
— Естественно, если не выполняешь, то получаешь штраф, — играет бровями Вадик.
— Вадь, не мели чепуху, — шикает на него Акимова, — не, Даш, я отказалась, думаешь, найдётся дурачок, который такое сделает?
Пожимаю плечами. Я бы точно не смогла.
— А че ж нет-то? Воронин однажды съел майского жука, вместе со всеми потрохами и не поморщился ни капли, чем червяк хуже? Не обижайте бедного червяка.
Он ржет конем, а нас с Анькой чуть ли под стол не выворачивает. Ё-маё, какую жесть они творят, с ума сойти можно.
— Ты выходит получила штраф? И какой?
— Деньги, конечно, что еще может быть.
— А если выполняешь?
— Там тоже все интересно, — Вадик роется в Анькиной телеге, листает каналы, на которые она там подписана, — ага, вот, смотри, — открывает канал с названием бота, и я вижу, как внутри канала лентой бегут различные видео, — в общем, каждый должен записать на камеру выполнение своего задания и кинуть «лапе», он его публикует на канал, а подписчики начинают донатить, деньги идут владельцу видео.
— Круто.
Как говорится, чем бы дитя не тешилось. Для себя же решила, что в таком участвовать не стану, мало мне проблем, что ли? Пусть золотая молодёжь, вроде Белова и Акимовой, играются в подобное.
— Хотим сегодня вечером сыграть, вы с нами?
Смотрит поочерёдно то на меня, то на Аньку. Хочу уже сказать «нет», но она опережает:
— А где собираетесь?
— У Игнатьева дома, его предки опять свалили кто куда, отец в Турцию в командировку, мать на Мальдивы отдыхать, — выдает обыденным тоном Вадик.
Ясное дело, для них на Мальдивах позагорать, вроде как для нас на даче картошку посадить. Ничего особенного.
Анька как-то странно на меня косится. Вадик тоже зыркает и на меня, и на Аньку, а потом они переглядываются между собой.
Странные.
— Что?
Сощуриваюсь, отвечая им тем же таинственным взглядом. Интриганы, блин.
— Да не, ничего, — первой спохватилась Анька, — мы придём, правда, Дашк?
— Я не могу, у меня общага в одиннадцать закрывается, а вы наверняка в это время не закончите.
Быстро сочинила себе достойное оправдание. Какая я молодец!
— Да в чем проблема? Останешься у Аньки или вообще у Игнатьева, там куча народа вечно тусит. Чем не общага?
— Да, Петровская, что как не родная? У меня переночуешь, давай? В прошлый раз и с мамусей не успела поговорить, она все ждет тебя в гости. Ну?
Эта парочка мой наспех придуманный предлог уничтожили в пух и прах. Думай, Дарья, думай.
— Эээ, — нервно кусаю нижнюю губу в попытке быстро сочинить достойную байку, ну не горит у меня эта идея, хоть ты тресни, — не хочется как-то, еще ведь задание делать, а и вообще, на учебу завтра.
— Не нуди, тебе к завтрашнему дню что ли задали? Только второй день, можно сильно не напрягаться.
Акимова подозрительно сильно давит, к чему бы это?
— Давай, белобрысая, аль боишься? То так и скажи. Буду теперь звать тебя трусишка.
— Ничего я не боюсь, — вырывается быстрее, чем успеваю хорошенько подумать, вечно я ведусь на чьи-то подначивания, бестолковая, — ладно, вы и мёртвого уговорите.
— Крутяк!
На столь оптимистичной ноте мы все разбегаемся по своим кабинетам.
Оставшиеся пары проходят по тому же сценарию, что и предыдущие. Распирает спросить: у вас приказ меня гонять по материалу? Откуда берется это остервенелое желание каждый раз вызывать именно меня?
Естественно, ничего такого я не спрашиваю. Тащусь уставшей мышью в общагу, причитая по дороге, как самая настоящая старушка. Первый день прошёлся по мне асфальтовым катком, боюсь представить остальные дни.
С другой стороны, разве я рассчитывала на другое? Тут вам не местный ВУЗ провинциального городишки, где каждый третий преподаватель знает либо кого-то из твоей семьи, либо кого-то из учителей и может спокойно судить о твоих способностях. Тут МГУ, крутой универ Москвы. Если с первого дня не работаешь круче лошади на поле, то тебе здесь не место.
Пора возвращать свою привычку впахивать на учебе и днем и ночью. Забить на усталость, засунуть куда подальше нытье, идти к своей цели. Только так.