Нравится его трогать. С каждым движением чувствую себя увереннее. Алан сжимает мои щеки, проводит пальцем вдоль нижней губы, затем давит на плечи, заставляя опуститься на колени. Сердце бьется где-то на уровне горла, отдавая грохотом в ушах.
Впервые его шланг так близко: с интересом рассматриваю набухшие вены, вплетенные в ствол, никаких волосатых дебрей, которые видела на порно картинках и которые вызывают лишь рвотные позывы, нет.
Легким нажатием на затылок Алан придает мне ускорения.
Открываю рот, осторожно касаюсь языком головки, неуверенно обхватываю его рукой, вбирая в себя основание гладкой верхушки.
Поднимаю глаза выше. На его лице дикий голод, который пробирает до мурашек. Он смотрит на меня из под опущенных ресниц, его плечо опирается в кафель.
Опускаю руки на его бедра. Его дыхание прерывистое.
Я не знаю, как нужно, действую инстинктивно: кончиком языка веду по выступающей вене, от самого основания, двигаясь выше, помогаю себе рукой.
— Соси, — Алан бедрами подается вперед, одновременно сжимая волосы на макушке, подталкивает. Погружаю в себя его мощь, всасываю сильнее, помогаю себе рукой, тем самым контролируя глубину введения.
Давление на моей голове усиливается, его движения становятся нетерпеливыми и грубыми.
— Мне нравится, когда без рук, — хриплый голос Алана сбивает ритм. Убираю руки, тыкаюсь губами в гладкую кожу, жадно втягивая его плоть в себя.
Он чистый и вкусный, во рту легкий привкус геля для душа.
Все что получается это захватить немного глубже, но не до горла.
— Вот так девочка, — нетерпеливое покачивание бедрами выдает его желание.
Задавая нужный темп, не забывая давить на затылок, периодически комментирует:
— Хочу чтобы ты вместо утреннего завтрака стояла передо мной на коленях и глотала мою сперму, — его голос сиплый, резкий толчок и я борясь с рвотными позывами, упираюсь руками в его живот
— Хочу, чтобы все отверстия в твоем теле были моими, чтобы ты вся была моя и принадлежала мне, — мои руки словно вата оседают, никогда бы не подумала, что смогу возбуждаться от пошлых комментариев
Толчки усиливаются, кислорода в легких ничтожно мало. Сдавленно мычу в ответ на очередное глубокое вторжение, в уголках глаз влажно от его резких движений.
Поднимаю глаза, в надежде что Алан по взгляду поймет насколько мне трудно, но увидев в его глазах похоть и желание, забываю о временном дискомфорте.
— Ничего не бойся, все под контролем, — в голове туман, по собственным ощущениям он вообще ничего не соображает, так же как и я.
Эхо глухих стонов Алана ласкает слух.
Не успеваю набрать в легкие воздуха, его ладонь властно перехватывает затылок и с резким толчком упирается в горло. От внезапного вторжения рвотный рефлекс срабатывает незамедлительно, из глаз текут слезы, интенсивность рвотных позывов растет, я не успеваю перестроиться, рот неестественно растягивается, уголки губ болят. Упираюсь руками в живот, я не могу так быстро.
— Ты привыкнешь, учись дышать носом, — обеими ладонями фиксирует мою голову, затем отстраняет от себя, дает секунду, чтобы набрать в легкие воздух, затем снова направляет затылок на свой член, сдавливает сильнее, наблюдает за реакцией. Его плоть беспрепятственно упирается в горло, и от того, что он крепко держит затылок, не давая отстраниться, не могу вдохнуть нужное количество кислорода через нос.
Голова кружится, ничего не соображаю, действую по наитию, в легких катастрофически мало воздуха, член в горле дальше некуда.
Алан поступательно двигает бедрами, ритмично толкается и выходит и по новой до упора, ударяясь головкой то в небо, то в горло.
— Дыши, бл. ь, — толчок и я снова упираюсь носом в пах.
С каждым разом Алан выводит меня на какой — то другой уровень восприятия происходящего. Становится совершенно безразлично как звучат «квакающие» звуки, я полностью погружаюсь в процесс.
Его член глубоко внутри меня.
Рвотные рефлексы время от времени мешают процессу, в такие мгновения Алан замедляется, давая привыкнуть к темпу, затем снова возвращается к толчкам, вторгаясь глубоко горло.
Получается слишком грубо.
Вбиваясь в горло, он пресекает любые мои попытки отстраниться, продолжая удерживать голову в одном положении несколько секунд, дает привыкнуть и прочувствовать ощущения. И только когда начинаю хрипеть и задыхаться, оставляя царапины на коже его бедер, борясь с тем чтобы не потерять сознание, отстраняет меня от себя, терпеливо наблюдая как я жадно хватаю губами воздух.