Выбрать главу

Еще одна глубокая затяжка, задерживаю дым в легких, медленно выдыхая поднимаю голову к небу, чувствую как приятно кружит голову свежий горный воздух. Прохладно. Нутром чувствую как четкие планы, расписанные по минутам рушатся быстрее карточного домика на ветру. На этом, сука, долбанном ветру, который вдруг подул в неправильную сторону!

— Блядь, — в ядовитом шёпоте не узнаю свой собственный голос, — чтоб тебя…, -ни бесполезная ругань, ни крепкий алкоголь не приносят облегчения. Медленно провожу руками по гладкой поверхности смартфона, внимательно всматриваясь в лицо Алены, которая лежит в обнимку с дрыщом. Белье гостиничного номера некрасиво оттеняет бледность кожи, неудачный ракурс, создает тени под глазами. И так то вообще в ней нет ничего красивого, серая растрепанная мышка, единственное, что неизменно это темные ресницы и брови при достаточно светлых волосах, мягкие губы… Бл. ь

— Итак, у меня проблема, говорю это вслух для самого себя, провожу рукой по волосам, — и только я могу ее решить.

Быстро, с минимальными потерями.

Втягивая носом воздух, невидимая удавка стягивает горло. Как могла Алена отдать себя с такой легкостью этому дрыщу? А может она будет каждый раз ложиться под того кто предложит больше? В паху ноет от воспоминаний двухдневной давности, когда испытывал особый кайф, который нереальной дозой проник прямо в вену.

Глубокий вдох.

Прав Артур, мне сейчас нужны мозги, а не эрекция.

Следующий день делаю все максимально четко и быстро. С Артуром особо не говорим, если только касается работы.

Настроение дерьмо.

Игнорирую звонки матери, смысл отвечать? Я все равно не приеду, она будет переживать, а мне нужно в столицу. Попросил Расула присмотреть за девчонкой, сказал отвезти в квартиру что снял для нее, хорошо запасные ключи есть у консьержки.

Глава 53

Алена

С трудом заставляю себя разлепить веки. У меня очень болит голова, вокруг знакомая обстановка той квартиры, которую снял Алан. Память возвращаем события прошлого, морщусь, мне ничего не приснилось. Вокруг меня ходит Васька, мурчит и трется о ноги. Не похоже что голодный. Я совершенно не помню как громила транспортировал меня в квартиру, последнее событие всплывающее в памяти его слова, что мы едем в гостиницу. Хотя какая разница как этот здоровенный детина называет эту квартиру? Это и есть гостиница для разовых встреч.

Откидывая одеяло, спуская ноги с кровати, пытаюсь прийти в себя. Голова кружится, но я не собираюсь тут задерживаться, у меня есть дом, а значит заберу Ваську и мы уедем.

На мне нижнее белье, странно что я даже не помню как снимала с себя одежду. Единственное делание пойти в душ.

Босыми ногами ступаю по полу. Открываю дверь и подпрыгиваю на месте. В гостиной сидит кавказец, который едва завидев меня тут же встает в проеме. Хватаю первую попавшуюся тряпку и закрываюсь. Нахал усмехается.

— Что вы тут делаете? — я внимательно слежу за взглядом черных глаз, которые в свою очередь не отрываясь смотрят в мою сторону.

— Какая ты забавная, — легкий акцент который раньше казался мне интересной изюминкой, когда ранее слышала подобное из уст Алана, теперь просто бесит.

Хочу пройти мимо, но громила преграждает мне дорогу, заграждая проход своей тушей.

— Я вам не пленница, ясно?! — пытаясь рассмотреть свою сумочку в коридоре, встаю на носочки. Света в коридоре нет, я не могу понять где мои вещи.

— Ты еще и не невоспитанная, — кавказец усмехается, разворачивая корпус моего тела в обратную сторону, давая понять что он не будет со мной церемониться

— Не вам меня воспитывать, — пытаюсь обойти громилу, но он как скала. На эмоциях повышаю голос:

— Дайте пройти!

— Не надо выводить меня из себя строптивая кобылица, — стараясь не терять запал подтягиваю на себя тряпки, возвращаюсь в комнату, хлопаю со всей силы дверью. Пока надеваю на себя платье и колготы думаю над планом дальнейших действий.

С воинственным настроем появляюсь в комнате и перехожу в наступление:

— Ты не имеешь право меня тут удерживать, понял?! — тыкаю пальцем в его каменную грудь, но кавказец не двигается с места, я будто говорю с огромной каменной статуей, громила тупо молчит.