Застолье продолжается, Айлин просится домой. Подходя, виснет на шее, уговаривая:
— Братик я домой хочу, отвези меня, — тяну ее к себе, усаживаю на коленку.
— Как я могу отказать отказать тебе принцесса? — она кладет голову на мое плечо, я же целую ее висок.
Перелет, сестренка устала, соглашаюсь.
— Минут через двадцать, отцу скажи что я тебя забираю, — Айлин уходит, я же вижу Шимарханова. Он стоит в обществе отца Мариям. И судя по его двусмысленным взглядам пожирает глазами мою невесту. Мариям стоит рядом с отцом, смотрит в пол. По внешним признакам никак не реагирует на попытки заговорить с ней.
Как-то давно этот мужик сватался к Мариям. Это было до официальных договоренностей наших семьей. Тогда он получил отказ, формально ему было сказано, что со смерти его супруги прошло мало времени, а может и сама Мариям не захотела и отец придумал предлог и отклонил великовозрастного жениха. Теперь уже никто не скажет.
Хрен знает что на меня нашло.
Встаю и иду к невесте. Мне не нравится что этот вдовец трется рядом. Мариям моя невеста, на нее смотреть могу только я.
Подхожу к чете Евкуровых, встаю рядом, моя девочка улыбается мне, краснеет:
— Можно я украду невесту на несколько минут? — отец Мариям кивает, Шимарханов морщится, я отдельно делаю акцент на слове "невеста"
Мариям вся светится от счастья, беру ее ладонь, веду подальше от родительского взора.
Она часто дышит, не успевая за моей размашистой походкой. Волнуется.
Выходим на веранду. Снимаю с себя пиджак, накидываю на плечи Мариям. Осенью вечера у нас холодные.
Не теряя времени притягиваю ее за плечи к себе спиной, жадно втягиваю запах ее волос. Едва уловимый аромат жасмина заполняет легкие.
Мариям замирает в моих руках, поворачивается и поднимает голову. Убираю локоны, которые отдельными прядями выбиваются из под косынки, окунаюсь омуты ее глаз. Всматриваюсь в зрачок, цвет глаз у Мариям темный, как ночь. Боюсь спугнуть мгновение, смотрю на губы.
Не понимаю почему медлю. Такое поведение для меня не характерно:
я всегда получаю то что хочу.
Обычно между мужчиной и женщиной все происходит на автомате по по обоюдному желанию.
Может моя медлительность связана с тем что я жду невербального согласия от невесты?
Мое желание очевидно: я хочу подчинить Мариям своим желаниям, накрыть ее рот поцелуем.
Вместо действий, стою словно истукан, не в силах пошевелиться.
Пока я пытаюсь включить инстинкты, Мариям действует нелогично. Она сама тянется ко мне, нежно касается губами кожи моей щеки.
Ее губы нежные-нежные, это почти невесомое прикосновение пробуждает во мне желание.
Моргаю.
Мариям неуверенно смотрит на меня, затем вдыхает теплый воздух мне в губы, встает на носочки, пробует еще раз.
Сильнее вжимаю ее в себя, с силой впиваюсь в сладкие губы яростно и грубо. Делаю как хочу и умею. Сжимаю ткань ее платья на ягодицах. Второй рукой трогаю соблазнительно выпирающие маленькие холмики. Мариям ошеломленная моим напором упирается ладошками мне в грудь.
— Алан, увидят, нельзя, — да бл…, как изменить код системной ошибки, который мой мозг выдает мне в режиме онлайн, транслируя крупным планом слово "ERROR".
Отстраняюсь, тяжело дышу. Член кажется ожил
— Не надо так, — она часто дышит, щеки пылают, смотрит на меня испуганными глазами.
Мне хочется сказать «А как?» «Как надо?!»
Но вместо грубости, говорю совершенно другие слова.
— Прости, я не сдержался, — беру ее холодную ладошку, прижимаю к губам, целую, — я повезу сейчас сестру домой, хотел передать тебе мой подарок, — по ее частому дыханию я чувствую в ней перемешано много чувств
Достаю коробочку с украшением, она смущается
— Ты наверное потратил много времени, чтобы выбрать для меня такое украшение, — дрожащими пальчиками она открывает коробочку с сережками, которые я выбрал за одну минуту в аэропорту, ткнув в первое попавшееся украшение известного ювелирного бренда.
— Тебе нравится, родная? — она хлопает длинными ресницами, трогает камешки
— Очень нравится, спасибо Алан! — превозмогая себя снова целует мою щеку, с улыбкой заявляет, — сегодня надену их на ужин и не буду снимать!
Да, с ней нельзя так как я привык. У нас просто разные темпераменты. Может это и нормально. Будет уравновешивать мой взрывной характер. Хотя я не знаю ее потребности, вполне вероятно, она только сейчас скована, оттого что опасается реакции общественности.