— Провожу тебя до двери, а то еще ногу сломаешь, — кусаю губу и шагаю ему навстречу. Наши ладони соединяются. Его ладони теплые и сильные.
Я не помню как мы дошли до последнего этажа пятиэтажки. Останавливаемся у квартиры. Втягиваю воздух, пытаясь достать ключи.
Руки дрожат. Связка падает.
Упираюсь лбом в деревянную поверхность.
Это все нервы.
Алан из — за спины, опережая меня, наклоняется забирает ключи. Вставляя ключ в замочную скважину, толкает дверь, заходит следом за мной. Сердце стучит так что я боюсь за свои ребра.
Его лицо близко, я чувствую дыхание, не знаю куда деть руки. Наши носы соединяются. А потом мы начинаем целоваться.
Снова.
Сумка падает на пол. Только на этот раз без тормозов. Мои ноги слабеют. Я сползаю по стене. Алан приседает и подхватывая руками мои бедра заставляет обхватить себя ногами, чувствую под попой твердый бугор. Мои губы болят от его вторжения, он царапает щеки щетиной. Мне все равно, у меня между ног пожар, хочу чтобы он продолжал обнимать мою спину руками, чтобы прижал сильнее, хочу чтобы не останавливаясь целовал меня. Я хочу с ним всего!
Прикосновения его пальцев оставляют ожоги, сердечная мышца качает кровь.
— Какая же ты вкусная Алена! — его хриплый голос наслаждение для моих ушей, чувствую как он водит носом по моей щеке глубоко втягивая в себя воздух. Его поцелую жадные и откровенные. Его язык более делает более умелые движения, повторяю за ним. Складывается ощущение что он занимается сексом целуя губами. Он касается моей шеи языком оставляя за собой волнующий мое воображение мокрый след.
Мы не включаем свет. Если бы в этот самый момент Алан спросил где выключатель, то я бы и не вспомнила в каком он месте и куда нужно нажать.
Я задыхаюсь от его близости. Одновременно мне страшно что все происходит стремительно. Рядом с ним сладко и страшно.
Алан одним движением убирает мелочевку с поверхности, все падает на пол. Моя попа приземляется на комод. Он расстегивает пряжку ремня. Грубая ткань впивается в промежность. Моргаю, пытаюсь сориентироваться
— Расслабься я все сам сделаю… — он смотрит на меня горящими глазами, срывает одежду. Кожа покрывается мурашками, тело бьет мелкой дрожью. Пытаюсь закрыть грудь руками, но Алан сразу же пресекает попытки и накрывает мои мелкие холмики своей большой ладонью, до боли сжимает. Пусть уже все случится. Пусть мой первый раз будет с Аланом. Я влюбилась в него с первого взгляда. Все должно быть по любви так мама говорила?
Когда Алан цепляет мои хлопковые трусики, зажмуриваюсь, его пальцы проникают в промежность. Вздрагиваю когда наглые пальцы одним резким движением растягивают стенки влагалища. По ощущениям не больно, больше непривычно.
У меня никогда ни с кем так не было. Замираю, жду что дальше. Он растягивая меня пальцами:
— Алена уверен что те пятеро по сравнению со мной дилетанты, — жмурюсь. Я совсем забыла что наврала ему. Может нужно сказать что у меня никого не было. Тяжело дышу, от его действий я не испытываю ничего общего с тем удовольствием что описывают в любовных романах.
— Не закрывай глаза, — он вытаскивает пальцы, как всегда втягивает воздух, немного отстраняется, я слышу звук шуршащей фольги.
Я словно безмолвная кукла не понимаю что от меня требуется. Сглатываю когда вижу как Алан расстегивает ширинку, приспускает штаны не снимая их, раскатывает латекс. Размеры поражают воображение. Эта дубина меня разорвет.
— Хочешь его, — я вижу нечто похожее на огромный пожарный гидрант сжимаю ноги, жаль что не могу закрыться от него, мне мешают бедра Алана.
— Прекрати изображать из себя невинность, я люблю раскованных девочек, — он сгибает мою ногу в колено и ставит ее на комод. Шуршание упаковки, следующий этапом его член вжимается в промежность и меня накрывает настоящая паника.
— Алан я…, - он не дает договорить, накрывает мой рот своими губами и одновременно с движением языком врезается в промежность, сжимая до боли кожу бедра. Если меня спросить на что похоже когда мужчина внутри, я отвечу что мне это напоминает раскаленное железо! Глаза непроизвольно распахиваются, задыхаюсь в немом крике, впиваюсь ногтями в плечи. Ощущение что меня распирает изнутри.
— Алена расслабься, ты очень узкая, у тебя до меня что были толщиной в карандаш? — тихий смешок, но я не реагирую, потому что боль сковывает сильнее, отдает в живот. Не могу ничего говорить, потому что мешает огромный ком в горле.
Про себя повторяю. "Я сама этого хотела"