Я никогда не покажу, что люблю его. Наоборот, я намеренно говорю ему гадости, мне уже нечего терять. Он все у меня забрал.
Мотаю головой так, чтобы растрепались волосы, вода стекает с кончиков и влажными дорожками убегает ниже. Хорошо что мне выдали монашескую блузу, она закрывает декольте полностью.
Козлина внимательно следит за моими движениями, желваки на его лице напоминают мне флюс. Я уверенно смотрю ему в глаза, ну а как ты хотел дорогой? Чтобы я растеклась лужицей и бросилась тебе на шею!? Ну конечно!
— Значит не понравилось говоришь…, - от его интонации у меня щекочет где то в области пупка. Алан проводит рукой по колену. Его касания вызывают мурашки, которые подобно мелким искрам ложатся на кожу.
Я очень стараюсь чтобы он не заметил дрожь пальцев
— Нравится напрашиваться, да, Алена? — он ведет рукой выше, минуя юбку по внутренней стороне бедра, без предупреждения разводит мои ноги в стороны. Он близко и своими бедрами мешает сомкнуть ягодицы. Бесит!
— Я буду кричать, понял? — голос срывается становится более сиплым, я пытаюсь убрать наглые руки, следующие подобно ледоколу по выбранному маршруту
— Это я уже слышал, — его губы рядом с моими, но он не целует меня, только смотрит. Я вижу каждую его ресничку настолько он близко. Со злости бью наотмашь кулаком ему в плечо. Ощущение что передо мной каменная глыба, рука ноет в районе запястья.
Нужно что-то делать я ощущаю как теряю контроль над своими телом и ощущениями которые я испытываю от прикосновений этого мудака
— Руки убрал, — его ладонь исследующая участки кожи внутренней поверхности бедра замирает в миллиметре от белья. Я не могу помешать ему коснуться меня там.
Вдох-выдох.
— До тебя, как я понял, не доходит с первого раза, значит придется объяснить, — пауза, его пальцы делают запретные вещи, он продолжая диалог проводит поверх ткани моего белья, добавляя, — запоминай, главный здесь я, — его голос щекочет правое ухо, он дергает мое дело на себя, — это первое, так что не смей разговаривать со мной в таком тоне! — его ладонь пробирается под кромку белья, а я все ещё не могу сжать ноги, жмурюсь, потому что его движение пальцем в сторону полоски белья между складками заставляет табун мурашек воскреснуть. Черт! Черт! Черт!
— Второе — трахать тебя буду только я, — цепляюсь за его рубашку, комкая ткань и тяну ее на себя.
Внутри влажно, меня ведет от его прикосновений. В такие моменты я начинаю понимать что в нем находят эти бабы, он может умело работать пальцами, ему не нужен его пожарный гидрант.
— Ну и третье, Алена, — перед глазами плывет, часто дышу, для меня очень чувствительны такие касания, — когда ты выводишь меня из себя, готовься к тому что трах у нас будет жесткий.
Его палец медленно растягивает стенки изнутри вызывая невероятные ощущения.
Я будто пьяная разлепляю веки.
В глазах Алана темнота похоти, которая утягивает за собой подобно бешеной воронке,
Во мне протест, все что он говорит полный бред, я хочу его послать куда подальше пока я еще могу думать. Сейчас это мой последний шанс оттолкнуть его … или..
Во мне протест, все что он говорит полный бред, я хочу его послать куда подальше. Это мой последний шанс сейчас… или… кажется я намеренно упускаю единственную возможность. Все потому, что его пальцы, растягивая изнутри, доставляют мне необъяснимое наслаждение. Когда мой мучитель трогает центр моего удовольствия, тормоза самообладания вовсю скрипят, а когда он добавляет второй палец, вталкивает его в меня до упора, пытаюсь протестовать:
— Мудак, ненавижу, — ору со всей дури, — убери свои руки, мне неприятно! — вру, не замечая как волны наслаждения накрывают мое сознание и буквально через секунды взрываюсь от переполняющих эмоций
— Давай… Алена, еще немного, — его губы рядом с моими, голос сиплый, — ты течешь от меня, тебе нравится быть моей…, я это вижу
— Я не твоя…, - не узнаю свой голос, потому что хриплю
Готова себя убить за то что мое тело так реагирует на этого дикаря. Я снова поддалась.
Я не должна ему позволять это делать.
Кусаю свои губы, мычу, когда он возобновляет движения одновременно потирая бугорок клитора.