Я тихонько приблизился к одному из нападавших. Он стоял ко мне спиной держал на мушке Македона. Саданул ему по башке, тот свалился мешком. Македон выстрелил ему в живот. Обернулся – двое других уже тоже лежали на полу, мой водитель, Артем положил обоих. Все стихло, только женские всхлипы разрывали тишину.
- Что за нахрен?! – взревел Рома.
Я обошёл труп того, что был ближе. Стянул с лица маску. Лицо мне не знакомо. Я бы тоже хотел знать, какого хрена тут произошло. Осмотрелся. Девчонки поднимались с пола, парни помогали им. У двух тачек были разбиты стекла. Хороший, бл*ть, денек.
- Македон, этих в лес. Телефоны изъять и к вечеру доложить, что за чмыри.
- Понял. Сделаю.
- Через десять минут буду спускаться сыном. Чтобы ни одного жмура здесь не было.
Поднялся наверх. Открыл дверь. Парнишка сидел под столом. Я подошел и опустился на пол рядом. Поймал себя на мысли, что испугался сейчас. А я давно уже чувства этого не испытывал. А тут страшно стало. За него. Хорошо, что все так. А если бы дошли до второго этажа? Или мы с Пашей зашла в офис в момент нападения? Я просто, нахрен, не простил бы себе, если бы с ним что-то случилось. Паша поднял на меня глаза. Молчал. А потом увидел пистолет в моих руках и сглотнул громко. Видел в глазах паренька страх. Кулаки сжимает, но виду подавать не хочет.
- Иди сюда, все позади, - протянул ему руку. Он вцепился намертво в мою ладонь. Вытянул его и не выдержал. Прижал к себе. Крепко так, едва не раздавив. А он и обвил мою шею руками, как так и надо. Не знаю, сколько мы так сидели. Просто вдыхал его запах, и внутри дрожь такая… мой мальчик, мой сын.
А потом мысли все прочь. Не случилось бы с ним ничего. Это залетные какие-то. Наркоши или придурки, желающие бабла срубить. По незнанке сунулись к нам. У них и оружия нормального не было. Пару обрезов, да ствол. Не добрались бы они до него. А даже если так, собой бы подушкой встал между пулей и мальцом. Но ему ничего не угрожает. И никогда не будет.
И понял в этот момент я одну вещь. Четко ее осознал. Не смогу его больше отпустить. И мать его не отдам. Ни менту, ни кому бы то ни было другому. Только сучка она упертая. Не пойдет. Ненавидит меня. Что ж. Значит, и спрашивать не будем. Будет моей. Даже если против воли. Плевать. Я уже много времени потерял. Больше терять не хочу.
Отстранился от паренька. Тот улыбнулся.
- Ну, че, пошли? Тренироваться?
Кивнул. Поднялся с пола. Паша поднял рюкзак.
Перед дверью остановился.
- Ты это… только никому не рассказывай про то, что было сейчас.
Павлик поморщился.
- Да, че то мы как девчонки обнимались,… раскисли совсем.
Глава 6
Не могла уснуть всю ночь. Мысли о Грехе не давали мне покоя. После встречи с его новой пассией стало совсем плохо. И если внешне я не подала ни единого признака своей слабости, внутри был настоящий хаос.
Да, я ревновала его. Жутко ревновала. Одно дело – стараться не думать о нем, не давать свою волю чувствам. Но другое – видеть ту, с которой он делит постель и понимать, что он живет дальше – больно. Нет, тут все правильно. Я просила его оставить, он выполнил мои пожелания. Он ничем мне не обязан, но сердце как маленький эгоистичный ребенок не может этого принять.
«Он разорвет на мне эти чулки» - вспомнились ее слова, и тут же низ живота сковало тяжестью. Так и представила эту картину. Его обнаженное, сильное тело, его глаза – пожирающие ее в этот момент. Тонкие ноги девушки, обвивающую его талию и их ритмичные движения. Черт. Еся, прекращай.
Вскочила с кровати. Разозлилась сама на себя. Не нужно о нем думать. Не нужно вспоминать. Грех – уголовник, и за сногсшибательный секс с ним придется расплачиваться жизнью. Тогда, ночью на трассе, выбрав, спокойную жизнь сына, я сделала правильный выбор и теперь просто не имею права на ошибку.
Инга вчера весь оставшийся вечер прожужжала мне уши про Давида. Он – хорош, не спорю. Но разве правильно начинать отношения с мужчиной, когда в твоем сердце еще живет любовь к другому. Да, забитая в самый темный угол души, постыдная, ненужная,… но все же она есть. Как бы я ни пряталась, как бы ни закрывала глаза и сколько бы ни назвала Греха бандитом, моя любовь к нему – как постоянно присутствующий рядом фантом. Мне никуда от нее не деться.