- А тебе шлюх еб*ть позволительно?!
Отпустил ее. Этот разговор мне был больше не интересен.
- Ты сама от меня ушла. Но сама все можешь изменить.
- Пошел ты! – закричала, развернувшись к выходу.
Я поднял с пола свой телефон и крикнул ей, когда она была в дверях.
- Жди меня на улице! Отвезу домой.
Обернулась, прожгла меня взглядом и выскочила наружу. Я почему-то был уверен, что выйдя из ресторана, я ее нигде не найду. Не послушается. Как пить дать убежит. Только сколько бы ни бегала, все равно итог один. Синица с Пашей – моя семья. И я, во что бы то ни стало, их верну.
Есения
Я запуталась. Я чувствовала себя маленькой потерявшейся девочкой, стоящей ночью на темном переулке. Куда мне пойти и что делать? Как поступить будет правильно? И как не разорвать свое сердце в клочья…
Я не должна была допускать всего того, что произошло сегодня в ресторане. Я не имела права позволять эмоциям брать над собой верх. Но я это сделала, подставив Пашу, подвергнув всех нас опасности. Господи, пойти туда, вспылить прямо при всех, тем самым рассекретив нас! Ну, какая же я дура. От отчаяния и злости на себя хотелось завыть в голос. Но сделанного не воротишь. Нужно признать, что я проиграла по всем фронтам.
Теперь ясно точно и бесспорно - я все так же его люблю. И все также боюсь. Он жестокий и грубый – не изменился ничуточки. Растоптал мою гордость, даже глазом не моргнув. Поставил меня на одну ступень со своей шлюхой. Подумать только, мы занимались сексом, прямо в ресторане посреди белого дня…. Я не должна была вообще идти к нему. Мне нужно было бежать. Хватать Пашу в охапку и уносить ноги куда подальше. А я, словно страдающий зависимостью человек – знаю, что погубит меня и все равно бегу, прикрывая свою слабость злостью, гневом и другими эмоциями.
Но там, в ресторане, что-то изменилось во мне. Когда я нацелилась на него пистолетом, когда он без единой примеси страха в глазах смотрел на меня и улыбался.… С такой, сука, нежностью говорил, что лично выбирал для меня оружие. В этот момент меня раздирало два чувства – дикая тоска по нему и злость. Снова. Он контролировал мою жизнь. Он обещал уйти и не появляться на горизонте, но все это время он был рядом. Моя самостоятельность, мой успех в бизнесе были лишь видимостью. Ширмой. За всем стоял Грех.
Снова бессонная ночь. Успокоительное не помогало – я металась по постели, ни на секунду не переставая думать о нем. Мы с Грехом как два диких зверя, связанные крепкими веревками между собой. И жить вместе не можем - ненавидим друг друга до беспамятства, и разойтись нам никак.
И как же я его ревную… словами не описать. Зачем, спрашивается, заговорила о Давиде. Идиотка. Вплела мужчину, невесть, что теперь будет делать Грех. Этот чокнутый не перед чем не остановиться, желая убрать конкурента. А сам как собака на сене. Это же надо, сколько в нем наглости - говорить о своей шлюхе при мне, как о чем-то более высоком и дорогом.
«Мне есть кого трахать и без тебя».
Вот и трахай! А меня не трогай! И Пашу не трогай! – кричала про себя, от злости зарываясь в подушки с головой.
Как только за окнами забрезжил рассвет, подскочила с постели. Долго приходила в себя в душе. Стоило закрыть глаза – картинки нашей с ним близости оживали. И его запах. Он чертовски въедливый, засел в легких. При каждом выдохе я чувствовала его. И сердце сжималось от тоски по этому мужчине. Так и видела руки его крепкие, чувствовала его твердость внутри меня. То, как он брал меня и как я отдавалась. Настоящее безумие.
Теплая вода стекала по волосам и телу, мои руки упирались в прохладный кафель стены, а низ живота тянуло приятной истомой. Я хотела его снова. От этой мысли хотелось зарычать на себя. Да что же я, в самом деле, как тряпка?! Повернула вентиль крана и выскочила из душа.
После чашки кофе стало немного легче. Кое - как, собрав мысли в кучу, я отправилась готовить завтрак. Буду решать проблемы по мере их поступления. Пока резала салат, думала о том, что теперь мне вряд ли получится оградить Пашку от Греха. Тайсон ясно дал понять свой настрой. И он не отступится. Мне остается лишь скорректировать правила их встреч. Никакой опасности, никаких дальних поездок и оружия при Паше. И никакой Анжелики!
- Мам, - раздалось сонное за спиной. Я обернулась. Пашка стоял в дверях кухни. Волосы взлохмачены. Сын растирал ладонями сонную моську.