Он убирает из ряда фото милой рыжули, отодвигая его немного дальше остальных.
Из всех трех прекрасных особ Стас тычет на фото с подписью “Воронцова Е.”
Пальцем дергаю снимок блондинки из ровного ряда, и фотокарточка подлетает ко мне по гладкой столешнице.
- Она мать моего ребенка? - спрашиваю у Стаса.
- Предполагаемая мать предполагаемого ребенка. Елена Эдуардовна Воронцова. У нее дочь, Ника. Шесть лет.
Встаю с места, без слов разворачиваюсь к окну, за которым раскинулся слякотный тротуар и шоссе, нещадно залитое утренним ливнем.
Смотрю блуждающим взглядом на парковку перед новым бизнес-центром. Растираю трехдневную щетину на щеках и морщусь, как будто лимон попробовал, такая едкая кислота смешанная с горечью.
- Почему мать “предполагаемая”? Стас, за неделю ты не мог узнать, какая из трех женщин родила ребенка в той клинике?
Стас подрывается, виновато морщит свою бульдожью харю и обращается ко мне.
- Игорь Николаевич, информация сугубо конфиденциальная! Единственная, у кого эмбрион прижился - это Воронцова. Но у нее этих ЭКО, как полетов у человека в космос!
- Не могла забеременеть? - спрашиваю его, подхожу и решительно отодвигаю со стола фото двух других женщин.
- Дык, там в ее карточке все так мутно описано. Вроде бы проблема была не в ней, а в ее супруге. Мужик бесплодный оказался. Потребовался донор, и вот ваше семя ей подсадили.
- Я не давал разрешения на оплодотворение первой встречной! - рычу, вне себя от злости.
- Но есть документы… - еле слышно возражает мой помощник.
Тема сама собой затухает.
Стас подходит ближе, суетливо тычет мне под нос свой мобильный и новые фото некой Воронцовой, которые сделал вчера и сегодня.
Отмечаю, что миловидная блондинка везде и всюду путешествует одна либо с маленькой дочкой.
Малышка с золотыми кудрями крутит головой и редко попадает в кадр в фас.
Вижу в основном профиль с курносым, вздорным носом и живым взглядом светлых глаз.
- Николь? - переспрашиваю у Стаса с сентиментальной нотой повторяю полное ФИО моей дочки в голове.
Никольская Николь Игоревна.
Однако, Елена будто под мою фамилию имя дочери подбирала.
- Ты мне целый фотоальбом привез. Все дни за ней ходил и у дома дежурил? - улыбаюсь, отвлекаясь от телефона.
- Так точно, вчера и сегодня. У девочки, кстати, сегодня день рождения. Мама у нее, конечно, не подарок. Нервная, измотанная, но в целом очень красивая женщина.
Стаса мамаша явно заинтересовала больше, чем моя предполагаемая дочь. Он, с видом заправской свахи, расписывает мне Воронцову во всех красках.
Моментально обрываю его, предвкушая, какие мысли у Каримова.
Жену я не ищу. Мне дочка моя нужна, а не та, кто ее родила!
- Она меня как женщина вообще не интересует. Я хочу узнать от кого она родила дочку. Кто отец девочки по документам? - спрашиваю помощника.
- Марк Воронцов. Муж Елены.
- Значит, она замужем. Странно, на фото почти везде одна, - хмыкаю вслух.
- Муж в кадр так и не попал. Вчера дома он не появлялся. А сегодня днем муж Воронцовой разбился в ДТП, но остался жив, как ни удивительно. Машина всмятку... Вот, я заснял ее на выходе из отделения реанимации. И самое интересное, она работает у вас, - решительно добивает меня Каримов.
Свожу брови на переносице, всматриваясь в лицо Стаса с недоверием.
- У меня в фирме?! - с удивлением восклицаю.
- В вашем автосалоне. Она менеджер по продаже автомобилей, - цедит Стас и листает ленту фотографий влево.
Не думал, что наш город настолько тесен, и женщина, родившая от меня, окажется ближе, чем мог бы подумать!
- Она в курсе, что родила от донора? - спрашиваю тут же.
- Пока неизвестно. Договор подписан ее мужем, - пожимает плечами Стас и снова “танцует” около стола. - Я могу идти?
- Так, ты свободен. Телефон свой потом заберешь. Мне нужно подумать, с юристом прикинуть, что к чему, - отправляю Стаса из кабинета.