- Как ты заговорила! А где бы ты была, если бы не Марк! Когда мой сын придет в себя, я все ему расскажу! - гневно рычит Татьяна, гремя ключами с той стороны динамика. - И даже не надейся, что он останется с тобой после того, как ты себя вела! Пойдешь на улицу без копейки! Ясно, Лена?
Вместо выслушивания того, что в трубку бросает расстроенная женщина, говорю прямо: теперь мне все безразлично!
Нашего брака для меня нет.
В давке, зажатая двумя пассажирами, ючусь ближе к окну. Прислоняюсь к стеклу и глотаю воздух из раскрытой форточки.
Не успеваю отключиться, как Татьяна сама бросает трубку. Нервно, с обвинениями и проклятиями в моей адрес!
Хмыкаю себе под нос и понимаю, до чего докатилась моя жизнь: я не имею права даже на измену обидеться! И должна как собака сидеть под дверью у Воронцова.
****
Уже выходя из автобуса, улавливая где-то под сумкой вибрацию телефона в кармане.
На этот раз мне звонит Боря, заместитель и друг моего мужа. Пока иду тем же маршрутом от остановки до детского сада Ники, успеваю бегло ответить на вопросы Бориса и узнать много интересного и пугающего.
- Лена, ты в курсе, что случилось с Марком? Мне позвонил хороший знакомый из госавтоинспекции. Сказал, что тачку Марка всмятку привезли на штрафстоянку, вытащили из какого-то оврага на трассе. Куда он попал? Он жив вообще?
Как мантру, повторяю Борису то, что только что в сердцах выдала свекрови: мой муж ехал к любовнице и попал в ДТП.
Больше я ничего не знаю. Марк в больнице, в сознание не приходил, но шансы есть, что выживет...
Новость о второй семье своего босса Воронцова, Борис не воспринимает как-то удивленно. Принимает, деловито переваривает факты и предлагает мне помощь.
- Лен, я завтра все разрулю с гаишниками. Узнаю с кем он столкнулся И все обстоятельства дела, короче, - цедит Боря. - И если тебе нужны деньги, то я выделю из личных сбережений.
- А как же фирма? Марк даже зарплату еще не получал, - спрашиваю въедливо у Бори, а тот вздыхает и добивает меня.
- Лена, он зарплату свою выбрал с лихвой еще в прошлом полугодии! - швыряет мне в лицо, как доказательство, каждое слово. - Так что денег в фирме нет. Только долги и горячие приветы от приставов! Дурак Марк, я ему говорил, что шутки плохи…
- Давно он забирает деньги из фирмы? - убитым голосом спрашиваю у Бориса.
- Год почти, может больше. Я в его карман не лезу, не по-мужски это, Лен, - сухо роняет заместитель.
Теперь он сам охотно сдает своего босса, не то, что сегодня утром. Прикрываясь при этом какими-то мужскими правилами.
Скрывать правду от меня ему нет резона.
Оказывается, я не знала о жизни Марка почти ничего… В шоке, слушая суммы задолженности по зарплате и аренде, приостанавливаюсь и держусь рукой за яркую калитку-вход на территорию детсада.
Боже мой, сколько тайн еще мне предстоит узнать?!
- Что будет с фирмой? - глотая навязчивый нервный ком.
- Сложно сказать. Если Марк не выживет, то примешь только долги в наследство, Лена, - переживательно заявляет мне Борис.
Из калитки выходят мне навстречу воспитанники сада, которые посещают одну группу с моей Никой. Отец мальчика улыбается мне, пропускает сына вперед и потом придерживает дверь, уступая мне дорогу. Проскальзываю внутрь.
Стоит рассказать Борису, что прогноз от врачей для Воронцова не такой уж плохой.
Воронцов будет жить, но, возможно, ходить самостоятельно не сможет. Очередная новость приводит Бориса в замешательство, но слово не воробей.
- Тогда тебе нужно что-то думать. Может, взять кредит или денег у кого-то попросить? По долгам в банке идут страшные пени, а приставы снимут все с его счетов. Неужели ты хочешь, чтобы фирма мужа загнулась?
Борис говорит, что Марка это убьет.
Хотя мой муж не думал, когда ложился в кровать с другой, что это может убить меня. И как я буду себя чувствовать, когда он меня внезапно бросит.
- Мне ничего не нужно, Боря. Пусть его Зайка принимает и долги и Воронцова, - спокойно парирую, ставя перед фактом. - Пока, Боря. Мне нужно за дочкой идти, Ника меня ждет.
- Пока Лена, надеюсь, ты со всем справишься. Изменяют все, у всех есть грешки, - слащаво смеется старый ходок Борис.
Из группы ко мне бежит моя Николь. Дочурка все в том же нарядном платье, только красивые светлые локоны после дневного сна растрепались, а громоздкий ободок с бантом пришлось снять. И теперь он лежит вместе с остальными вещами в Никином шкафчике с вишенкой на дверце. Достаю машинально вещи, готовясь переодеть дочь и забрать домой.