Выставка проходила спокойно. Собрался почти весь город. Многие пришли просто поддержать близких. Мне нравилась такая простая атмосфера. Но на входе, как положено, разливали шампанское, правда по пластиковым стаканчикам, но даже за это я была благодарна Мите.
Тётя Оля сияла от счастья. Я чувствовала себя почти хозяйкой, постоянно находясь рядом. Митя тоже присутствовал. Он даже надел костюм, в котором был похож на настоящего бизнесмена.
- Ты сегодня выглядишь очень официально, - шепнул Митя, осторожно приближаясь ко мне.
- Ты тоже, - я кинула украдкой взгляд на него, но старалась долго не смотреть, чтобы не начать любоваться, - и тебе идёт, - добавила я, не сдержавшись.
- Ты меня избегаешь? – неожиданно спросил он.
- Сейчас не время для таких разговоров, - отмахнулась я.
К нам подходили люди, здоровались, общались. Я познакомилась с некоторыми художниками и поражалась какие таланты живут в моём городе. Это мероприятие подарило мне ту самую энергию, которую я всегда получаю от качественно проделанной работы. Именно это раскрывает мои крылья за спиной. В поиске таких эмоций я уехала из родного города.
На выставку пришли Маша и Лёша. Сестра улыбалась, хвалила меня, с удовольствием делилась впечатлениями о картинах, но будущий зять явно не был в восторге от подобного досуга, постоянно посматривая на часы. Он хотел домой, и меня это бесило. Неужели нельзя хоть немного побыть с людьми, вести себя вежливо и воспитанно? Но видимо эта отличительная черта Лёши привлекла сестру. Он никогда не надевал маску, оставаясь собой в любой ситуации.
Позвонил Даня и по видео связи побыл немного со мной. Вряд ли можно назвать подобный способ удобным, но, когда нет вариантов – любой сойдёт. Это правило стоило выучить Мите, ведь ему проще отмахнуться, чем принять половинчатый вариант.
Я немного поболтала с Даней, попрощалась с Машей, а потом поняла, что не вижу Мити нигде. Но я точно знала, что этот мужчина так просто не уйдёт без прощания. Я начала его искать, прошлась по залам, но нигде его не увидела. Я спросила у тёти Оли, и та подсказала, что Митя уединился в её кабинете по какой-то личной причине. Я испугалась, что у него снова приступ паники и поспешила туда.
К счастью, Митя просто катался на стуле с пустым взглядом, будто расстроенный подросток.
- Я думала, у тебя снова паническая атака. Хорошо, что всё в порядке, - на одном дыхании выдала я. Митя поднял глаза и буквально продырявил меня насквозь.
- С чего это ты взяла? – грубо бросил он, - со мной всё в порядке.
Я слегка опешила от такой грубости.
- А что я такого спросила, чтобы ты так реагировал? – раздражённо буркнула я, занимая оборонительную позу.
Я не хотела садиться напротив, чтобы не создавать иллюзию, будто мне интересно, почему Митя решил похандрить. Он явно оценил мою воинственность, отодвинулся на стуле, резко встал и подошёл ко мне, будто босс крупной корпорации, перед которым отчитывается нерадивая работница. Но это не так, поэтому я закинула голову вверх и впилась в него взглядом, демонстрируя весь свой настрой.
- Меня раздражает твоё нежелание встречаться со мной – это раз, а два, этот надутый индюк Лёша возомнил, что может распоряжаться свободным временем Маши. Ей тут нравилось, но он захотел домой!
Я немного опешила. Информация касательно меня понятна. Ну а что с Машей?
- Какое тебе дело до молодожёнов? – удивлённо спросила я, - им хорошо вместе. Сейчас такой период, когда они хотят наслаждаться друг другом без лишних друзей. Маша очень часто с тобой. Не понимаю твоего раздражения.
Митя двумя пальцами неожиданно оттянула мой пиджак, нагло заглядывая внутрь.
- Тогда отвлеки меня от грустных мыслей, - хриплым голосом сказал он.
- Что ты себе позволяешь? – сбивчивым голосом проговорила я.
Тело начало предавать меня, выдавая правильные сигналы для обольстителя. Дыхание утяжелилось. Глаза перестали моргать. Мы смотрели друг на друга, как загипнотизированные и не могли оторваться. Митя сделал несколько шагов назад и присел на стол, его рука потянулась ко мне. Ему не хватило пару сантиметров, чтобы подтянуть меня. Я знала, он делал это специально, чтобы я приняла решение. Я стояла, как вкопанная.
- Я – не твой инструмент для поднятия настроения, - деревянными губами сказала я.