– Утешил, братец, – усмехнулся Евгений. – Значит, я всё делаю не так?
– А что ты для неё сделал? Не знал ты о ней до двенадцатого года, на календаре четырнадцатый. Два года прошли. Поговорил раз в своей манере и успокоился. Учил жизни, иронизировал, предлагал помощь с кислым лицом – это на тебя похоже. Она дочь твоя и должна чувствовать любовь и участие, а не выслушивать проповеди. Я думал, твоё отношение к ней как-то изменится после похорон Антона, но нет. Ты у нас всегда прав. Ладно, учёного учить, только портить. Собирай собрание, думаю, они примут правильное решение.
Глава 11
В субботу, оставив Наташу на хозяйстве, Софья выехала из дома в начале десятого. Купив цветы, она шла к месту захоронения с тяжёлым сердцем – её не было здесь со дня похорон. У свежей могилы, она заметила молодого мужчину с цветами в руках. Это был высокий брюнет в чёрной рубашке. По мимике лица было видно, что он что-то говорит, и женщина замедлила шаг. Лишь когда он положил цветы, она подошла ближе, а он, напротив, отошёл в сторону.
– Здравствуй дорогой. Прости, что не пришла раньше, так сложились обстоятельства. Мне тебя очень не хватает. Ищу чем заняться, чтобы заглушить боль, но не получается. Умом понимаю, а сердце не принимает. Ищу способ сохранить твоё дело, поэтому вышла на работу. Нашла твои наработки. Обязательно доложу результат, – она вытерла набежавшие слёзы. – Это покажется тебе смешным, но я с тобой разговариваю, глядя на портрет, как будто ты рядом. Дома без тебя грустно и пусто. Я постараюсь быть сильной, а ты приходи ко мне во сне с советом. Коллеги сегодня придут к нам домой, чтобы вспомнить тебя. Ты меня прости, но я не буду настаивать на суровом приговоре суда. Этим я тебя не верну, а к его дочери не приклеится ярлык «дочь убийцы». Это гораздо страшнее, чем Сиротка. Мужчина приходил ко мне в больницу, просил прощения и готов понести наказание. А ещё, Тоша, я не стану мамой нашему ребёнку. Не смогла я его уберечь. Прости. Мне кажется, я познакомлюсь сегодня с твоим Лариком. Это он навещал тебя передо мной, – Соня провела рукой по фото мужа. – Почему это случилось с нами, Тоша? Всё вышло так глупо и так нелепо, и ничего не исправить. – Она достала чёрный пакет, сложила в него увядшие живые цветы и положила свежие рядом с цветами мужчины. – Я приду через неделю с новостями. – Простите, вы Ларик? – Обратилась она к мужчине.
– А вы, Софья? Давайте мне пакет, я видел контейнер у входа.
– Можно просто Соня. Вы были здесь в день похорон?
– Был, – отвечал он на ходу.
– Значит, некоторые моменты объяснять не надо? – она остановилась и посмотрела ему в глаза.
– Это лишнее. Я был подростком, когда бабушки не стало, но хорошо помню эту боль и ощущение, что ничего хорошего уже не будет.
– В моей жизни это третья могила, где покоятся мама с отчимом, бабушка и муж. Я хочу навестить их. Это здесь рядом. – Соня прошла по аллеи и подошла к знакомой могиле, Ларик убрал мусор в пакет, Соня положила свежие цветы, что-то тихо говоря. Потом они шли к выходу и молчали, выбросив по дороге пакет в мусорный бак. – Вы поедете к нам домой? К двенадцати должны приехать наши коллеги. Вы не переживайте, их всего шесть, и они все друзья Антона. У меня нет ни родственников, ни друзей. Одна школьная подруга. Она сейчас командует в нашей квартире.
– Можно мы перейдём на «ты»?
– Хорошо. Как поживает твоя мама?
– Отлично. Она же актриса и никогда не догадаешься, говорит ли она от сердца, или играет роль очередного спектакля. С ней очень непросто. Все её истинные чувства скрыты где-то глубоко.
– Может ей проще так скрыть свою вину перед тобой. Ты вырос, а она и не заметила. Училище, академия, походы и редкие визиты, возможно, отдалили вас. Моему биологическому отцу, о котором я узнала два года назад, сорок девять лет. У меня к нему нет ни обиды, ни претензий, а он, узнав об этом, пытался учить меня в двадцать шесть лет жизни, причём той, которая ближе ему. Мы разговаривали с ним два года назад и встретились на похоронах Антона. Он за это время ни разу не поинтересовался моими делами, хотя мы виделись.
– Почему ты первая не пойдёшь на примирение?
– А войны не было. Он просто меня не слышит и ведёт себя, как местный царёк. Вот моя машина, садись.