Длинное синее приталенное платье в пол, наверное самое прекрасное из сшитых. Над ним, как говорила швея, трудились больше всего. Но все платья выглядели шикарно и являлись кусочками творческих душ работниц.
Одетое платье обладало изящным скромным вырезом. Красивая витиеватая золотая вышивка окаймляла ворот, пояс и подол. Рукава длинные, воздушные, с прелестными пуговками. Добро́тная, уютная ткань приятно льнула к телу. Одев это произведение искусства, снимать уже не хотелось. А она то думала! В простом наряде поедет, проблем не будет! Ан нет. Мучайся, Лиза, мучайся. Спровадив служанок, открыла меченный сундук, в коем приготовленные пожитки лежали. Пихнула в мешок простое мамкино платье, тем самым придавая первому форму колобка.
Изящные кожаные туфли на грубой подошве изготовились у сапожника, по эскизу девушки. Очень хорошая работа - каждый стежок сделан с любовью. У того же сапожника она попросила смастерить кожаные ботинки, какие видела у воинов. По лесам скакать то ещё занятие в хлипких туфлях. Спросила, сколько должна, но мужчина отмахнулся только. Девушка не привыкла обесценивать чужой труд. Заплатила золотой. Тот удивлённо промолвил, что с сэром Гилбертом все давно обговорено и деньги не нужны задаром. Он закрыл протянутую ладонь, зажав монету в лизином кулаке, отстраняя.
Открыла дверь, пересекла коридор и стала спускаться.
Совсем какой-то час назад, в коридорах стояла гробовая тишина, не видно было ни души. Теперь же царила суматоха. Слуги носились туда-сюда, командовали, распоряжались, выполняли. Во всеобщем хаосе никто даже не заметил, как девушка, с которой герцог наказал глаз не спускать, выскользнула из своей комнаты. Стражей старик отозвал, по огромной просьбе. Пообещала, что не сбежит. Но Лиза более чем уверена - за ней прислюматривают.
На втором этаже Лиза притормозила.
Все столпились поодаль, у экономки Ребекки, которая раздавала указания. Кому что делать.
Продолжила спускаться. Проходя мимо окон, устремляла взгляды во двор. Суматоха посетила и улицу.
На посту стояли парни, с любопытством выглядывая из надворотных башенок.
На первом этаже не протолкнуться. Слуги накрывали столы, неся ароматные блюда. Столовая, как и кухня находилась на первом этаже.
Кухарка расстаралась на славу! Ведь не каждый день приезжают достопочтенные господа!Всех обитателей замка распирало любопытство. Мало кто видел сэра Даниэля, хоть тот и являлся главным советником при дворе.
Девушка не знала, чем себя занять. Решила прогуляться в саду, зайти подальше купелей.
Вышла во двор. Как назло, в ту же секунду, как девушка сошла со ступенек, прозвучал громогласный голос, расстягивая гласные:
- Еееээээдууууууут!!!!!!
Словно по дуновению волшебной палочки хаотичное движение замерло на долю секунды.
Решётчатые ворота со скрипом поползли вверх.
Герцог, увидя Лизу, подозвал охранника, зло прошептав тому что-то. Тот наклонив голову в знак согласия, направился было к девушке, но ее как ветром сдуло. Она бежала сломя голову вглубь парка, не страшась растрепались прическу. Ей ужасно не хотелось просидеть в заперти весь день. В последнем, то есть, что её запрут и стражу приставят, сомнения не было. Ведь она даже не знает, как в раннем средневековье женили. Вот и предстоит узнать...
Так. Что значит предстоит узнать? Ничего узнавать девушка не собиралась, не знала и знать не хочет. Никаких женихов!
Жуткие факты о средневековых нравах в стиле, дабы закрепить союз, на первую брачную ночь господ созывался весь двор, и на новобрачных глядели всё кому не лень. От отвращения Лизу передёрнуло.
С такими неутешительными. мыслями девушка вошла вглубь сада, за купальни. Тропка разветвлялась на три части. Решение пришло почти сразу. Она повернула налево. Расступаясь, кусты открыли обзор на небольшую полянку. Три высоких, столетних дуба, стоящих посередине правильным, равносторонним треугольником внушили девушке трепет, хотя она здесь не первый раз.
На одном толстом, крепком суку висели качели. Ну, как качели... Веревка и доска. Но, несмотря на скудность материалов, качель была настолько искусно и крепко сделана, что под весом Лизы нисколько не прогнулась. Веревки хитрой вязью опутывали доску. Поёрзав на месте, девушка оттолкнулась ногами, желая раскачаться. Толстые корни выступали из почвы, словно гигантские змеи, вылезающие на свободу.
Качель нехотя двинулась, и на девушку посыпались какие-то букашки.
Резкий толчок чуть не опрокинул ее наземь. В голове мгновенно пронеслось : этому удару, мог служить только один фактор - ее остановили.
Оглянувшись, застыла. Себастьян собственной персоной. Посмотрев на ее волосы, аккуратно снял прошлогодний жёлтый листик. С нежностью в глаза заглянул.