Ксения метнула на Мечникова злой взгляд.
— Мы все совершаем ошибки, и я не исключение. Давайте не будем вытаскивать на свет грязное бельё! Ему много лет, и поверьте, оно настолько залежалось, что аромата фиалок там точно нет.
— Да. Простите.
Александр Михайлович задумался.
«Покопаться в бумагах дела о разводе, прошерстить СМИ и просторы интернета не проблема. Вот только акула-бизнеса Слумский вряд ли допустит, чтобы порочащая его информация выплыла наружу. Тут нужно искать другое, не компромат. Важно понять причины, заставившие богача вновь обратить внимание на бывшую супругу и дочь. Если включить логику, то можно смело отмести внезапно воскресшую любовь или вендетту за унизительное соперничество со всемогущим несостоявшимся мужем Богданом Махровым. Но тогда что нужно сделать? За какие ниточки потянуть, чтобы найти кончик?»
— Я ещё раз посмотрю документы, — пообещал он, заведомо осознавая бесперспективность этой затеи. — Но могу с уверенностью сказать, что ничего нового или интересного для нас я там не найду. Я хоть и не молод, но дела своих клиентов помню преотлично, даже те, что вёл десять лет назад.
Ксения грустно улыбнулась. Понимала, что Александр Михайлович гордится своей памятью и бахвалится исключительно для того, чтобы напомнить о своём профессионализме. Это что-то типа «рыбацких баек»[10]. Но Мечников, увлекшись рассуждениями, не обратил внимания на выражение лица Ксении после его слов.
— Для лишения родительских прав нужны веские причины. Сейчас к вашему бывшему супругу нет претензий: он выполняет все обязательства. Может, у вас на этот счёт есть какие-то идеи?
Её губы слегка приоткрылись, и она ответила:
— Нет.
— Мамочка…— Словно из воздуха, рядом с Ксенией материализовалась Эля.
— Ты видела, мамочка, как было весело?
Забыв о ссадинах, она радостно прыгала на одной ножке в сторону сцены, а затем обратно.
— Это так интересно!
Ксения, поймав малышку, обняла её и с нежностью притянула к себе.
— Я рада, что ты хорошо провела время.
Её руки предательски дрогнули. Мечников нахмурился. Он понимал, что какую бы видимость спокойствия она ни пыталась изобразить, сердце трепыхалось от волнения за дочь.
— Я сделаю всё, что могу. Как и сказал, ещё раз прочитаю материалы дела и позвоню вам буквально на днях, — пообещал Александр Михайлович, чертыхаясь про себя.
— Спасибо.
— Давайте я вас домой отвезу, — предложил Мечников.
— У нас машина на парковке, — абсолютно спокойно ответила Ксения, окончательно взяв себя в руки.
— Ну тогда я вас до неё провожу, — произнёс он, решив довести до конца начатую опеку и тем самым облегчив свою совесть.
Хотелось убедиться, что шестёрки Слумского не караулят её возле машины. Ещё существовала маленькая вероятность, что Ксению могли поджидать у дома, но, как ни странно, Мечников надеялся на благоразумие её бывшего супруга. Запугивания, свидетелем которого он недавно стал, да ещё и при таком скоплении людей, предостаточно. Он понимал: тем важно показать, что их не остановит и толпа — приказ выполнят, несмотря ни на что.
— Это, конечно, лишнее… — начала было Ксения, но осеклась. Помешкав секунд пять, всё же согласно кивнула.
— Хорошо. Верхняя стоянка, линия «Б», место номер четыре.
- - -
[9] Барракуда — крупная хищная лучеперая рыба (примечание автора),
[10] «Рыбацкие байки» — при встрече любители лова непременно начинают хвастать друг перед другом размерами когда-то пойманной рыбы (примечание автора).
Глава 8
После разговора с Мечниковым прошло четыре дня.
Александр Михайлович пообещал Ксении помочь найти компромат на бывшего мужа, чтобы лишить того родительских прав. Она уже начала нервничать, когда тот наконец-то позвонил.
Потянув на себя дверь, мужчина пропустил Ксюшу вперёд. Более двух часов они обсуждали информацию, собранную на Игоря Слумского.
Ситуация выглядела следующим образом.
За эти годы Игорь круто взлетел в бизнесе: капиталы его множились, а имущество росло как на дрожжах. В общем, он процветал и жил на широкую ногу, ни в чём себе не отказывая, но в какой-то момент оказалось, что записывать на себя всё становится опасно, и в голове олигарха и родился гениальный план, с успехом воплощённый в жизнь. Последние полгода на дочь им оформлялись огромные валютные контракты, и в результате манипуляций семилетняя девочка оказалась мультимиллионером.