— «Вы звали меня, Вадим Александрович?».
— «Да, звал» — ответил он, а после промолчал.
— «Что-то не так? Я вижу, что у вас совсем нет голоса…сильно болит горло?».
— «Ну да, довольно неприятное ощущение!».
— «Нужно было сказать Степану Федоровичу, чтобы он купил пастилки для горла. А знаете, у меня есть идея!» — воскликнула я.
— «Какая?» — не менее удивленно спросил он.
— «В доме совсем нет фруктов, а вам нужно как можно больше витаминов! Сейчас позвоню Степану Федоровичу и попрошу, чтобы он свозил меня на рынок, а заодно куплю вам пастилки для горла! А еще мне очень не нравится то, что у вас ужасно хриплый голос, поэтому не стоит разговаривать слишком громко. Я пойду позвоню Степану Федоровичу и приготовлю для вас одно лекарство, жду вас с гостиной через десять минут!».
— «Это действительно необходимо?».
— «Конечно! Жду вас через десять минут, не забудьте!».
Пока Степан Федорович добирался за мной, я приготовила отвар из ромашки и добавила в него ложечку меда, в детстве это было единственным, что мне очень помогало от боли в горле. Словно по расписанию, он спустился вниз в назначенное время, и я указала ему путь к ванной, а после взяла бокал с отваром и направилась вслед за ним. Взяв бокал, он не понял для чего это предназначалось:
— «Это что все нужно выпить?» — спросил он и тут же сделал глоток.
— «Что вы делаете?! Вообще-то это для того, чтобы полоскать горло!».
— «Это что-то опасное? Надеюсь, со мной ничего не случится из-за того что я проглотил всего один глоток?» — с тревогой спросил он.
— «Это отвар ромашки с ложкой меда, к тому же это очень просто! Сделайте небольшой глоток и прополощите горло!» — вежливо объяснила я.
— «Но я не умею! Может, покажешь?!» — с ухмылкой спросил он, после чего я действительно взяла стакан, сделала маленький глоток и прополоскала горло, а глядя на все это он расхохотался. Сейчас он смеялся как злодеи из детских мультфильмов, поэтому я тоже рассмеялась.
— «Господи…И что мне приходится делать ради того, чтобы выздороветь?» — бормотал он.
— «Ну же! Смелее!» — воскликнула я.
После моих слов он в точности повторил мои действия и без труда научился этой полезной процедуре, от которой в скором времени ему станет легче.
— «Я ведь говорила, что это просто! А еще и полезно, вот увидите, вам станет легче. Скоро за мной заедет Степан Федорович, я уеду не на долгое время на рынок, впрочем, я уже говорила вам об этом» — сказала я и вышла из ванной, чтобы отнести бокал на кухню. Вадим Александрович последовал за мной, кстати говоря, передвигался он вовсе не плохо. Заняв место на кухне, он стал смотреть на то как я убираю со стола и мою бокал, а после сказал:
— «Черт, как же болит горло. Кажется, твой отвар не помогает…похоже, что силы покидают меня, а еще и умудрился потерять голос!».
— «Так сразу это не поможет! Да бросьте, вы бы еще завещание написали!» — после моих слов он рассмеялся, а потом помедлил несколько секунд, сделав такую гримасу, словно уже и в самом деле его написал.
— «Подождите…вы что серьезно? Это ведь обычная простуда! Успокойтесь!» — продолжила я.
— «Хах, я ничего не писал, просто задумался. И как долго мне выполнять все эти процедуры?» — ответил он.
— «Ну, врач ведь сказал, что вам стоит недельку побыть дома, а вы лечитесь только второй день! Так что, вы и сами все понимаете…».
— «Фух! Надеюсь, что переживу! Только не натирай меня барсучьим жиром!».
— «Хах, хорошо!» — ответила и я рассмеялась, а затем в дверь раздался звонок.
— «Это Степан Федорович! Я скоро буду!» — сказала я, а после взяла сумку, лежавшую на столе и поспешила выйти на улицу.
По пути к машине нас окликнул Григорий Сергеевич, он спрашивал о том, почему Вадим Александрович не ездит на работу, на что мы почти в один голос ответили, что он заболел. Рынок был в получасах езды, так что мы благополучно до него добрались. Я вышла из машины и тем временем направилась к палатке с фруктами, где купила яблоки, бананы и целый пакет апельсинов. Затем мы заехали в аптеку, где я взяла отличные пастилки от горла, после чего мы сразу же поехали обратно.
Еще через час я уже стояла у порога и старалась ухватить все пакеты крепче, как вдруг передо мной появился он.
— «Вы почему не в своей комнате?» — спросила я.
— «Ну что же мне все время лежать там как прикованному. Вижу, что ты купила апельсины, сделаешь мне сок?».
— «Конечно, только одну минуту!» — сказала я.
— «Ничего-ничего, я подожду, а пока пойду к себе» — ответил он, после чего развернулся и медленно побрел к лестнице.
— «Подождите!» — неожиданно воскликнула я и сразу же полезла в свою сумочку, чтобы найти пастилки. — «Вот, держите, думаю, что с этим делать вы знаете!».
— «Спасибо, конечно знаю».
После того как он ушел к себе, я пошла на кухню, где нашла соковыжималку и сделала небольшой графин апельсинового сока. Буквально сразу же я поднялась к нему, теперь мне не приходилось стучаться, да и он сам словно ждал меня каждый раз, как только слышал шаги, приближающиеся к его комнате. Протянув ему стакан свежего сока, я получила благодарность в качестве его прекрасной улыбки, порой для меня это было лучше всяких наград. К девяти часам вечера я приготовила ужин и в очередной раз подала его с двумя таблетками.
— «Ваш ужин…» — сказала я, а затем поставила поднос на столик.
— «А ты…? Ты ужинала?» — спросил он.
«Хм, и с каких таких пор он стал так переживать обо мне?» — подумала я, после чего сразу же ответила ему, что мне ничего не хочется, собственно поэтому я не ужинала. Услышав такой ответ, он в какой-то степени даже расстроился и попросил просто посидеть с ним.
— «Порой мне не хватает чьего-то внимания…» — еле слышно сказал он.
— «Скажите, как вы все это время живете один? Неужели вам не скучно?» — спросила я.
— «Еще как скучно, но в какой-то мере я даже к этому привык. Иногда меня это жутко пугает, так что… Или ты имела ввиду почему у меня нет любимой женщины?».
— «Эмм, я ни в коем случае не допрашиваю вас, это личное дело каждого».
— «Ты когда-нибудь влюблялась?» — неожиданно спросил он, от этого вопроса я почувствовала, что по моему лицу разлился румянец.
— «Увы, но нет…» — робко сказала я, а после отвела взгляд вниз.
— «Как?! Совсем? Неужели ни к кому не испытывала никаких чувств? Студенческие годы…хм, странно, в то время я наслаждался жизнью».
— «Ну, почему же, я испытывала чувства к одному человеку, но сейчас понимаю, что это была обычная симпатия. Это было давно, еще в школе, да и он не обращал на меня внимания…что касается влюбленности или любви, сложно ответить. Одно я знаю точно — в этой жизни я никого не любила больше чем своего отца» — таких слов я и сама не ожидала от себя услышать, поэтому на какое-то время даже растерялась.
— «Не ожидал. Я думал, что ты не страдаешь избытком внимания от противоположного пола, ведь ты хороша собой, не избалованна, к тому же без вредных привычек. Твои положительные качества можно перечислять еще и еще!» — ответил он, тем временем доедая стейк.
— «Мне кажется, что иногда я и сама не знаю о себе столько, сколько обо мне знают люди. Это так странно…а вы были влюблены?».
— «О, да. Влюбился в нее как мальчишка, а она крутила мной как могла. Однажды застал ее за изменой с программистом из моей фирмы, вот тогда и понял, что вам женщинам доверять опасно».
— «Измена…это ужасно» — с тревогой произнесла я, а после он перебил меня и продолжил свою историю.
— «И знаешь, что самое ужасное? Я даже не уволил его с работы и ей ничего сказал. Просто увидел все это и ушел, все чувства как отрезало! Теперь для меня нет различий между партнерами, с которыми я работаю, с женщинами, все стали одинаковы. А в последнее время все больше замечаю, что стал холоден ко всем и ко всему…».