— «Это точно, за все это время я так и не поняла какой он на самом деле. Куча масок, а вот какая из них настоящая» — ответила я.
— «Поживем, увидим. Проводишь меня? Уже половина одиннадцатого, пора домой!».
Я проводила его до двери, на прощание он пожелал спокойной ночи и тут же спустился вниз. Мне было бесконечно приятно осознавать, что этот замечательный человек не покинул меня в трудную минуту. Так и не допив свой чай, я выключила телевизор и пошла к себе в комнату, где долго смотрела в потолок. Одиночество то и делало, что пожирало меня…
Глава девятнадцатая
Этим утром я проснулась не в духе, потому что все еще вспоминала вчерашний разговор со Степаном Федоровичем. Вадим плох?! Да неужели. Трудно поверить в то, что после всего содеянного он хотя бы раскаивается. При все желании я не могла не думать о нем, потому что все еще была влюблена в этого негодяя…А как назвать его иначе?
Так или иначе, жизнь продолжалась. Я нехотя поднялась с постели и пошла умываться, а после чистила зубы и разглядывала свою физиономию в зеркало. Мой внешний вид все еще оставлял желать лучшего. Едва ли какой-то наряд смог бы залечить мои душевные раны.
Мысль о том, что отец до сих пор в больнице не давала мне покоя даже несмотря на то, что сейчас с ним было все в порядке. Этого бы не случилось, если бы я не заявилась рано утром в таком ужасном состоянии. Я продолжала обвинять себя во всех грехах, может Вадим был прав, я и в самом деле неудачница, раз уж на меня одновременно сваливаются все беды. И как при таком состоянии не упадет самооценка? В такие моменты, мягко говоря, чувствуешь себя неловко.
После привычных утренних процедур, я пришла в себя только после чашки свежезаваренного чая с лимоном. Чтобы не появляться на глазах у отца в плохом настроении, я все же собралась с силами и мыслями, а затем тут же умчалась в больницу. Добрый и пронзительный взгляд отца в буквальном смысле заставлял меня растаять. Так и сейчас, увидев его, я забыла о всех проблемах и тягостях.
— «Привет, папочка!» — сказала я.
— «Привет, моя хорошая. Если бы ты знала, как мне надоели эти больничные стены…» — грустно произнес отец.
— «Я все понимаю, пап, ты все время крутился, ходил гулять и не привык лежать целыми днями, но нужно терпеть, слышишь? Это для твоего же блага».
— «Гулять…? Хах, точно! Нам нужно с тобой прогуляться!» — воскликнул он.
— «А разве доктор разрешал тебе?».
— «Разве для этого нужно разрешение? Он сказал, что мне нужен покой, правильное питание и полнейшее спокойствие, но прогулку на свежем воздухе никто не отменял!».
— «Может, я схожу к нему и спрошу об этом?».
— «Нет-нет, не нужно. Сейчас же обход, так что скоро он сам зайдет к нам в палату» — ответил отец.
— «Понятно. А где Александр Анатольевич?».
— «Не знаю, куда-то вышел. Ну что, готова идти в центр занятости? Собралась с силами?».
— «Еще бы! Без работы жизнь будет казаться не сахаром, так что…».
— «Это точно. Эх, надеюсь, что тебе предложат стоящую работу. Негоже, чтобы моя дочь убирала в чужих домах» — ворчливо ответил отец.
— «Пап…».
— «Ладно, ладно, молчу. А во сколько тебе нужно там быть?».
— «В 14:00, а сейчас только половина десятого, поэтому у нас как минимум полтора часа, потом предстоит долгий путь».
После этих слов в палату зашел доктор, а вслед за ним к своей кровати проскочил Александр Анатольевич. Сначала доктор побеседовал с ним, а после подошел к кровати отца.
— «Как самочувствие, Иван Андреевич?» — спросил он.
— «Превосходно себя чувствую, так что, вы меня выписываете?» — с насмешкой спросил отец.
— «Раз уж шутите, то и вправду идете на поправку!».
— «Скажите, доктор, а отцу можно гулять на территории больницы?» — спросила я.
— «Не можно, а нужно! Кстати, в этом виноват я, нужно было сказать об этом еще вчера. Только гуляйте не больше тридцати минут, на улице очень душно. Это может плохо сказаться на вашем состоянии, Иван Андреевич» — ответил он.
— «А когда я могу прогуляться?» — перебил отец.
— «Да хоть сейчас! Завтрак у вас прошел, так что можете идти. К тому же с вами Варя, будет еще лучше! Ладно, мне нужно бежать дальше, больные не могут ждать! Всего доброго, Варя!» — воскликнул он, а затем поспешил удалиться.
После этой радостной вести, мы тут же вышли из палаты, медленно направились к лестнице и спустились вниз. Отец вышел на улицу вперед меня, вдохнул глоток свежего воздуха, и казалось, его глаза засияли еще ярче.
— «Ох, красота какая! Кажется, что лет сто не был на улице! Пройдемся?» — спросил он.
— «Конечно, идем! Только не будет долго расхаживать, лучше подольше посидим на свежем воздухе».
Мы сделали небольшой круг вокруг больницы, прогулялись по больничной роще, а потом сели на скамейку и стали болтать. Через какое-то время на улицу вышел Александр Анатольевич, ему стало скучно лежать в палате. Он взял с собой шахматы, поэтому между ним и отцом в очередной раз развернулось состязание. Спустя час я еле уговорила их вернуться в палату, они увлеклись игрой как дети, казалось, ничто не могло их остановить.
После этой прогулки папа словно пришел в себя и оправился от тоски, нависшей на него. Перед уходом я сказала ему, что обязательно приду завтра. Затем я вызвала себе такси и поехала в центр занятости.
У входа меня в очередной раз встретила та самая ворчливая женщина, только сегодня я не стала спрашивать ее о том где мне найти Голубкову Е.В, вместо этого я просто поднялась наверх и подошла к уже знакомому кабинету под номером 310, который был открыт.
— «Можно войти?» — спросила я, едва приоткрыв дверь.
— «Да, входите» — сурово ответила Елена Валерьевна.
Я быстро проследовала к ее столу, заняла свое почетное место, протянула паспорт и стала внимательно на нее глядеть, а она тем временем что-то быстро печатала и рассматривала мой паспорт.
— «Что-то не так?» — с неуверенностью спросила я.
— «Да нет, все так. Просто мне кажется, что я тебя уже видела…ах, да, вот, нашла. Ты была у меня полтора месяца назад, да?».
— «Да, все верно. Я была у вас…».
— «И что тебя не устроило на прошлом месте работы?» — с любопытством спросила она.
— «Скажем так, не сошлись характерами с хозяином».
«Боже, что ты несешь…» — твердило мое подсознание.
— «Понятно. Знаешь, в этот раз у меня для тебя более менее хорошие вакансии».
— «Например?».
— «Например, в одну небольшую конторку требуется специалист по налогообложению. Как тебе?».
— «Ого, серьезно. А что за конторка?».
— «Ну, точнее не конторка, а обычный офис. Зарплата вполне нормальная, рассматривают кандидатуры молодых специалистов, устраивает?».
— «Более чем!» — воскликнула я.
— «Значит нужно ехать!».
— «Прямо сейчас?» — переспросила я.
— «Да, этот офис неподалеку, так что если успеешь сегодня, то возможно завтра у тебя уже будет работа!».
— «А что мне нужно там предъявить?».
— «Так, сейчас я распечатаю тебе бумагу, свидетельствующую о том, что ты направлена из центра занятости, а обо всем остальном узнаешь на месте!».
Только после того как она все мне рассказала и отдала, я с уверенностью вышла из ее кабинета и тут же поехала в тот самый офис, который и в самом деле оказался неподалеку от центра занятости.
Обычное ничем неприметное пятиэтажное здание, внутри которого повсюду усеяны рабочие столы, оборудованные всем необходимым и прежде всего компьютером. Увидев огромное количество людей, я сразу же растерялась, однако на меня напротив никто не обращал внимания, все уткнулись в свои компьютеры. Повсюду стоял шум, и кто бы мог подумать, что это шум от клавиатуры. Я подошла к женщине, сидевшей за самым крайним столом, она тут же устремила свой взгляд на меня и спросила: