— Разделяемся, обходим Гримма с разных сторон и окружаем его, — сказала она остальным. — Если нападем все вместе, то сможем его уничтожить. Бетани, передай это всем.
— Я... хотя ладно, — закатила глаза та, слегка приотстав от нее, чтобы сообщить план вытянувшейся в цепочку группе. Все согласно кивнули, прекрасно понимая, что тут вопрос стоял об их жизни и смерти.
— Разбегаемся! — крикнула Янг, и все тут же бросились в разных направлениях.
Руби активировала свое Проявление и пробежала мимо Смертолова настолько быстро, что тот ее даже не заметил. Для торможения пришлось разложить Кресент Роуз и оставить ей в земле длинную борозду, чтобы затем развернуться и приготовиться к бою.
Но Смертолов упорно рвался вперед, проламывая телом целую просеку в деревьях и не обращая на их приготовления совершенно никакого внимания.
Руби почувствовала себя даже немного обиженной подобным пренебрежением.
— Ну, — кашлянула она, вновь складывая Кресент Роуз и стараясь не думать о том, что проклятый монстр вот так запросто проигнорировал ее эпичную позу. — Может быть, он вообще не за нами гнался?
— О! — даже подпрыгнула девушка с рыжими волосами. — Наверное, ему тоже хотелось стать Охотником, так что он бежал именно за реликвией. Рен, давай возьмем мистера Пушистика в нашу команду!
— Нора, пожалуйста, прекрати давать Гриммам имена... — вздохнул парень, к которому она обратилась.
— Не волнуйся, Руби, — сказала Пирра, положив ладонь ей на плечо. — Еще будет немало возможностей продемонстрировать твое мастерство.
— Да, сестренка. Мы еще успеем полюбоваться на то, какая огромная гора печенья может в тебя поместиться, — усмехнулась Янг, даже не понимая, как сильно смущала Руби прямо перед ее новой напарницей. — Но хорошо всё то, что хорошо заканчивается.
— Подождите, а где мой партнер? — внезапно спросила Вайсс, оглядываясь по сторонам. Все тоже посмотрели вокруг, но Жона нигде не было видно.
Вайсс на этом не успокоилась, на всякий случай осмотрев кроны деревьев и даже землю под собственными ногами.
— Хорошо всё то, что хорошо заканчивается, да?
* * *
— Почему?! — крикнул Жон, отскакивая в сторону и уклоняясь от огромного жала, которое зарылось в землю. Трава вокруг тут же увяла из-за действия яда.
Этот вопрос относился сразу ко многим вещам. Почему у такого здоровенного существа вообще имелось настолько ядовитое жало, если жертв оно могло просто давить своим панцирем или клешнями? Почему возле школы, готовившей Охотников на всяческих монстров, без каких-либо проблем жили настолько гигантские чудовища? Их что, вообще никто не видел? Почему этот Смертолов оказался в пещере, если ее вход даже не позволял ему пролезть внутрь?
Хотя, пожалуй, для Жона самый главный вопрос заключался совсем в другом. Почему всё это происходило именно с ним?! Ведь план же был нормальным — разбежаться в стороны и окружить монстра. Да и Жон, не обделенный мудростью, которой пока еще не дано было понять его "сверстникам", собирался заложить крюк побольше. Ну, то есть вообще выйти из боя.
Нет, это вовсе не являлось побегом, а было лишь хитрым тактическим маневром. К тому же остальные могли справиться со Смертоловом и сами. В конце концов, почему каждый раз убивать его приходилось именно Жону?
Но эта поганая тварь решила просто продолжить погоню, не обратив абсолютно никакого внимания на гораздо более сильных Охотников и Охотниц.
Это ведь тоже сотворила Карма, правда?
Жон нырнул за дерево, вздрогнув, когда то моментально превратилось в кучу щепок и трухи.
— Знаешь, — обратился он к Смертолову. — Вообще-то, мне нужно завалить это испытание.
Хвост снова воткнулся в землю, но на этот раз Жон шагнул поближе к чудовищу, вытащив из ножен Кроцеа Морс и взявшись за него обеими руками, а затем нанеся удар по вытянутому жалу. Взревев от боли, Смертолов отдернул к себе лишившийся кончика хвост.
— Да, я вот себя примерно так же чувствую. Потому что один единственный раз я попытался жить обычной жизнью, но даже в этом меня преследуют сплошные неудачи.
Пара быстрых шагов в сторону позволили ему увернуться от щелкнувшей клешни, а затем пришлось перепрыгнуть вторую, которая явно намеревалась откусить ему ноги.
— И вот тут приходишь ты — весь из себя такое "безжалостное создание самой тьмы" — и начинаешь приставать именно ко мне.
Ладно, эти клешни уже начинали его раздражать. Жон пропустил их над собой, перекатившись по земле и разминувшись со жвалами. Смертолов попытался развернуть свою бронированную тушу, но запнулся, когда лишился двух правых ног.