— Да. Такой здоровенный Гримм, который погнался за тобой и сотворил вот это, — кивнула Вайсс, указав на просеку из переломанных деревьев и перепаханной земли, которая заканчивалась как раз рядом с Жоном. — Смертолов.
— Он...
Можно ли было сказать им правду?
Легко, но тогда Жон станет выглядеть в их глазах отлично подготовленным студентом, а это шло вразрез со всеми его планами.
— Он споткнулся.
— Споткнулся?.. — недоверчиво переспросила Вайсс.
— Да. Погнался за мной и окончательно спятил. Я понятия не имел, что мне с ним делать, но всё решила Судьба, так что он споткнулся о свою же собственную ногу и упал в канаву, — произнес Жон, глубокомысленно кивнув и сложив руки на груди. — Можно даже сказать, что он попал в яму, которую сам вырыл для меня.
— И ты ожидаешь, что мы в это поверим? — поинтересовалась Пирра.
— Что он погнался за тобой и сам себя прикончил? — добавил Рен.
— И это после того, как Смертолов без каких-либо проблем бежал за нами через весь лес, — кивнула Вайсс.
— И у него, к слову, было восемь ног, а также просто невероятная устойчивость, — хмыкнула Блейк.
— Споткнулся, упал в канаву и умер, правильно? — повторила Вайсс.
— Да, — невозмутимо подтвердил Жон. — Вы все говорите это так, будто тут есть хоть что-нибудь необычное... Но ведь Гриммы безмозглы. Они понятия не имеют о тактике и стратегии. А вот я, будучи разумным и отлично приспосабливающимся к изменяющимся обстоятельствам человеком, сумел воспользоваться имевшимся у меня преимуществом.
Он развел руки в стороны, призывая их похвалить его за это достижение.
— Ты весь в крови, — заметила Вайсс.
— Не волнуйся. Это не моя.
— В том-то всё и дело, идиот! Если Смертолов сам себя убил, то почему ты оказался настолько уставшим и покрытым кровью?!
— А, ты об этом, — пробормотал Жон, пытаясь срочно придумать хоть какое-нибудь объяснение. — Я тоже споткнулся и упал.
Глаз Вайсс дернулся.
— Ты, случайно, при падении головой не ударился? Может быть, мне стоит отвести тебя в медпункт, когда мы вернемся в Бикон?
— Зачем? Ты что, обо мне беспокоишься? — усмехнулся Жон.
Обычно подобные намеки либо приводили ее в ярость, либо заставляли заикаться.
— Разумеется, я о тебе беспокоюсь! Разве ты это не понимаешь?! — рявкнула Вайсс, заставив его глаза округлиться. Ничего подобного раньше не происходило. — Ты хоть представляешь себе, как я буду выглядеть, если мой партнер погибнет? Надо мной ведь станут смеяться!
И вновь всё вернулось на свои места...
— Похоже, вы двое уже поладили, — абсолютно серьезным тоном произнес Рен. Возможно, жизнь рядом с Норой повлияла на него все-таки гораздо сильнее, чем Жон подозревал. — Итак, нас тут восемь, и если я не ошибаюсь, команды формируются на основе выбранных реликвий. У нас с Норой ладья.
Остальные быстро осмотрели свои собственные шахматные фигурки, а Жон взмолился о том, чтобы у них с Вайсс тоже оказалась ладья. Рен с Норой являлись наименьшим злом из всех шести возможных...
— Конь! — объявила Вайсс, проигнорировав недовольно поморщившегося Жона и повернувшись к Руби с Пиррой. Ну, то есть к последней, поскольку первая шла просто довеском.
— Ладья! — показала их фигурку Руби.
— Идиотка! — завопила Вайсс. — Ты взяла неправильную реликвию!
— Что-то мне подсказывает, что все-таки правильную... — тихо пробормотала Руби.
— О чем это ты?!
— Тогда нам остаются... — вздохнул Жон, посмотрев на пару девушек, нехотя подошедших к ним.
Янг выглядела так, будто больше всего на свете желала убежать подальше отсюда, да и вообще отказывалась встречаться с ним взглядом, а вот Блейк никак не могла решить, кого из них с Вайсс она ненавидела больше.
Замечательно... Просто замечательно.
Смерть от клешней Смертолова уже не казалась ему таким уж плохим вариантом.
* * *
Пока они добирались до Академии, Шни уже успела более-менее успокоиться. Если раньше она напоминала готовый взорваться котел, из которого с шипением вырывался пар, то теперь это был в лучшем случае чайник. Блейк надеялась, что она и вовсе уберется обратно в Атлас. Почему Шни вообще захотела учиться в Биконе?
Скорее всего, это оказалась попытка их семьи распространить свое влияние еще на одно Королевство, являвшееся их союзником. Но для самой Блейк было бы гораздо спокойнее, если бы наследница Шни для подобных целей избрала, к примеру, Хейвен в Мистрале.
И тем более если бы забрала при этом с собой Жона Арка, чье имя Блейк вспомнила с некоторым трудом. Вроде бы его так назвал кто-то из членов семьи, но ей в тот момент было совсем не до того — слишком уж сильна оказалась смесь боли от разрыва с Адамом и смущения из-за стоявшего рядом голого парня.