Впрочем, стоило признать, что это вовсе не было единственной причиной. Имелось еще и что-то такое, что Руби просто не могла облечь в слова и объяснить даже самой себе.
Обычно она сильно нервничала, когда общалась с малознакомыми людьми, да и тот факт, что Жон никогда не пытался первым начать разговор и вообще старался ее избегать, тоже должен был лишь ухудшить эту ситуацию... И всё же ничего подобного не происходило.
Руби не единожды сталкивалась с тем, что люди просто терпели ее присутствие. Друзья Янг — популярные студенты, желавшие пообщаться с еще более популярной студенткой, — мирились с наличием у той младшей сестры ради достижения необходимого им результата. Они вели себя с Руби вежливо и дружелюбно, но та подсознательно ощущала, что ей не были рады.
С Жоном ничего такого не происходило, хотя она и была с ним знакома всего лишь пару дней. Да, он вел себя так, будто присутствие Руби доставляло ему какое-то неудобство и вообще очень сильно раздражало, но точно так же на его месте поступила бы, например, Янг.
Ей в голову никак не желало приходить более-менее нормальное описание этой ситуации.
Ну, то есть Жон не просто смирился с наличием рядом Руби... Получалось так, будто он по какой-то причине хотел избежать общения с ней, но в то же время не желал ее от себя отталкивать. Это было странно и бессмысленно, но поскольку не являлось полным неприятием, то Руби более чем устраивало.
Честно говоря, сама Руби в общении тоже была "странной и бессмысленной", так что, возможно, у нее всё еще имелись неплохие шансы с ним поладить.
В общем, это сложно было объяснить словами, но дела обстояли именно так.
К счастью, все эти мысли моментально исчезли, когда в аудитории появился округлый мужчина. Он вовсе не выглядел каким-то опасным Охотником, но зато имел серые волосы, а это всегда было очень хорошим признаком. Ее дядя говорил, что лучшими Охотниками являлись как раз те, кто сумел дожить до седин.
— Монстры, демоны, ночные хищники, — произнес мужчина, разведя руки в стороны. Вопреки своему собственному скепсису, Руби подалась немного вперед. — Да, Гриммы имеют множество имен, но я?.. Я называю их добычей.
И это было очень круто! Наверняка урок окажется невероятно интересным!
Впрочем, уже через десять минут ей пришлось признать ошибочность своего утверждения. Сначала энтузиазм сменился на попытки слушать лекцию, а потом Руби и вовсе ссутулилась на своем месте, находясь в близком к коматозному состоянии. Даже сидевшая рядом Пирра устало вздохнула, потерев глаза. Нора уже что-то рисовала в своей тетради, а судя по виду Рена, его сознание давным-давно уплыло в далекие и наверняка куда более счастливые места.
Хотела бы Руби к нему присоединиться...
Преподаватель всё говорил и говорил о том, каким крутым он был в молодости, и что юным Охотникам не стоило даже и мечтать его превзойти.
Нет, Руби вовсе не в первый раз слушала рассказы о чьих-то там приключениях, но остальные Охотники — например, ее отец и дядя — говорили об этом так, что захватывало дух. А здесь у нее просто кружилась голова от недостатка кислорода, как будто воздух из этого помещения вообще откачали.
Сидевший рядом с ней Жон уже улегся на парту и уснул, за что Руби никак не могла его винить. Она посмотрела на Янг, но та подперла голову локтем и уплыла сознанием примерно в ту же сторону, что и Рен... Ну, в страну мыслей, фантазий и воображения. А Бетани... то есть, конечно же, Блейк... В общем, она просто читала какую-то книгу, и это было нечестно!
— Просыпайся, — прошипела Вайсс, привлекая к себе внимание Руби. Пожалуй, она оказалась единственной, кто делал хоть какие-то записи, но даже ей пришлось отвлечься, чтобы попытаться разбудить Жона. — Как ты намереваешься развиваться, если не записываешь лекции? Ты же наш лидер и должен всем подавать пример!
Руби понятия не имела, зачем всё это понадобилось объяснять так и не проснувшемуся Жону. Тот лишь лениво отмахнулся от руки Вайсс, по-прежнему продолжая спать. И честно говоря, подобная способность очень даже впечатляла.
Впрочем, Вайсс в восхищение отнюдь не пришла. По крайней мере, если судить по ее злобному шипению.
Руби вздохнула.
В чем тут вообще заключалась проблема? Разве чуть ли не половина студентов не занималась тем же самым? К тому же преподавателю до них, похоже, не было абсолютно никакого дела. Сама Руби тоже с удовольствием присоединилась бы к остальным, если бы в ней оказалось чуть меньше энергии.
— Просыпайся! — прорычала Вайсс. — Подъем!
Она пнула его по ноге, переходя уже к более грубым методам. Впрочем, Руби несколько сомневалась в том, что целью этого действия было заставить его громко удариться затылком о парту заднего ряда, а затем врезаться лбом в свою собственную и свалиться на пол.