Жон зевнул и закрыл глаза, за что получил от Вайсс удар линейкой по затылку. Это заставило его вздрогнуть и подскочить, свалившись со стула.
Ладно, версия с мастером боевых искусств отпадала. И пожалуй, стоило смотреть поменьше фильмов на свитке перед сном.
Четыре дня... или даже три, если не считать церемонию посвящения. И всё же за эти три с половиной дня Янг ни капельки не приблизилась к пониманию личности Жона.
Блейк с Вайсс оказались довольно просты.
Нет, Янг вовсе не считала, будто узнала абсолютно всё о любой из них, но самое основное все-таки выяснила.
Блейк любила тишину и покой, а также чтение книг. Она была умной, хотя иногда и вкладывала в свои слова чересчур жесткий и даже злобный подтекст. Но Янг эта черта ее характера нравилась. Так их словесные баталии становились гораздо более интересными.
Вайсс предпочитала упорно идти к поставленной перед собой цели, добиваясь ее достижения и в данный момент стараясь сделать их команду самой лучшей. Еще она была избалованной, гордой и излишне самоуверенной, хотя и не заходила во всем этом чересчур далеко. Ну, то есть она являлась всего лишь наивной идиоткой, а вовсе не стервой... И поэтому, к слову, ее поведение переносилось гораздо легче. В конце концов, наивность со временем пройдет.
Пожалуй, основная проблема тут заключалась в том, что Вайсс искренне считала, будто помогала их команде развиваться, заставляя всех их делать бесполезное домашнее задание.
Но вот их лидер... Ох, понять его было невероятно сложно.
Жон оказался ленивым, язвительным и настолько сонным, что Янг начала подозревать у него нарколепсию. Его способность засыпать в самых непредсказуемых ситуациях никак нельзя было объяснить одной лишь ленью. Например, прямо посреди выговора Вайсс, когда от ее крика чуть ли не закладывало уши.
Как бы то ни было, слишком легко оказалось бы принять первое впечатление о нем за его истинный характер. Наверное, Янг так бы и поступила, если бы не некоторые несостыковки.
Жон был грубым и необщительным, часто игнорируя собственную команду и даже не думая хотя бы просто поздороваться с другими студентами. Но при этом он спокойно переносил присутствие Руби. Это стало первым знаком для Янг, уже готовившейся броситься на защиту младшей сестры.
Она понятия не имела, почему застенчивая и постоянно нервничавшая рядом с не слишком хорошо знакомыми людьми Руби вообще решила с ним подружиться. Почему для этого не подошли сотни других студентов, которые хотя бы ее не игнорировали? Нечто подобное казалось попросту невозможным... и всё же это произошло. Руби постоянно пыталась разговаривать с Жоном, и тот вовсе не спешил ее от себя отгонять.
Янг признавала, что ее младшая сестра частенько чересчур чем-нибудь увлекалась, из-за чего становилась просто невыносимой. И всё же Жон ей это почему-то прощал.
Еще одна проблема заключалась в его боевых навыках.
Впрочем, тут всё можно было объяснить. В конце концов, с Янг он дрался пьяным, так что мог просто не испытывать никакой уверенности в своих силах в схватке против того же Винчестера.
Разумеется, это было очень глупо... но возможно, Жон считал, что чем больше у человека оказывалось мускулов, тем опаснее он был в бою? Или это выпитый алкоголь делал его таким агрессивным? Вроде бы во время их драки не было использовано никаких особо хитрых приемов... лишь простые удары в голову.
И больше всего недоумения вызывал у нее его характер...
Янг даже задумалась над тем, одна ли она это заметила.
Жон Арк являлся равнодушным ко всему лентяем... Он даже разговоры вел, то и дело зевая. Доверять ему какое-либо занятие Янг стала бы в самую последнюю очередь.
Да, с Руби Жон более-менее поладил, но остальные его явно ничуть не заботили.
И всё это никак не соответствовало тому, что она лично видела в полицейском участке. Одной его беседы с Озпином оказалось более чем достаточно для того, чтобы заметить совершенно другое — цепкий взгляд и целую гамму эмоций. Он без какого-либо стеснения спорил с директором Академии Бикон, защищая совершенно незнакомую ему девушку.
Эти грани его характера никак не хотели складываться вместе, вызывая у Янг самую настоящую головную боль.
Нечто подобное могло бы произойти, если бы, например, Руби вдруг заявила, что всё это время являлась сексуально озабоченной психопаткой, желавшей завести себе огромный гарем и править Биконом железной рукой... Не то чтобы это оказалось совсем уж невозможно, но настолько маловероятно, что Янг о попадании в этот самый гипотетический гарем беспокоиться ничуть не стоило.