Она боялась совсем не того.
После увиденного через окошко двери Блейк наконец осознала, в чем именно заключался ее настоящий страх.
"С другой стороны, я легко могу убить тебя прямо здесь и сейчас".
Она наблюдала не только за всеми действиями Жона Арка, но и за выражением его лица. Он вовсе не выглядел разгневанным, злобным или сердитым. Он ничуть не наслаждался происходящим.
Лицо Жона выражало только скуку... Хотя нет, это было неправильное слово. Он выглядел совершенно равнодушным, словно угрозы и даже убийства были для него не стоявшей внимания мелочью. Винчестер моментально потерял волю к сопротивлению, лишь только посмотрев Жону в глаза, и Блейк никак не могла его за это винить.
Этот взгляд вызывал у нее дрожь даже сейчас, когда Жон давным-давно отсюда ушел.
До этого Блейк намеревалась заставить его извиниться перед Янг за те неприятности, в которые Жон ее втравил, но теперь?.. Теперь она оказалась не уверена даже в том, что вообще найдет в себе силы остаться с ним наедине, не говоря уже о каких-то там требованиях.
Блейк провела ладонью по лицу и постаралась успокоить дыхание. До конца это сделать так и не получилось, но хотя бы плечи перестали трястись.
Лень, вялость, наплевательское отношение к чужому мнению и, конечно же, его апатия — теперь всё это странным образом стало гораздо понятнее. Когда-то Блейк гадала о том, почему Жон так спокойно мирился с действиями Вайсс. Нет, он, само собой, огрызался, но никогда на нее по-настоящему не злился.
Более того, если бы Жон и в самом деле боялся Вайсс, то выполнял бы все ее требования. Но он сопротивлялся, тыкая иголкой прямо в ее гордость и тем самым гарантируя, что Вайсс никогда не остановится.
Ее усилия казались ему забавными? Или Жон вообще не считал ее угрозой себе?
Но ведь это было просто бессмысленно... Его результаты в спаррингах и на тренировках всё еще выглядели довольно жалко, несмотря на инстинктивное понимание многих вещей, да и особой физической формой он тоже похвастаться не мог.
Неужели всё это казалось для Жона просто игрой? Поступить в Бикон и учиться в нем, несмотря на вызывающее поведение и отказ от тренировок?
Он спокойно относился к попыткам Винчестера издеваться над ним почти целый семестр. Жон позволил запереть себя в ракетном шкафчике и отправить прямиком в полный Гриммов лес, равнодушно перенес сок и рапирных ос, хотя раны от их жал наверняка болели не один день. Он ни разу не выразил своего неудовольствия по этому поводу.
И вот сейчас Жон начал действовать всего лишь из-за нескольких тихих слов.
Было ли это результатом накопившегося раздражения? Блейк в этом сомневалась. Что-то еще должно было заставить его наказать Винчестера. Или ему просто наскучили издевательства и Жон решил их прекратить? Что еще там могло произойти? Винчестер ведь явно не воспринимался им в качестве угрозы его безопасности. Из того, что Блейк довелось увидеть, становилось понятно, что Жон был способен справиться с ним в любой удобный момент.
Мог ли он точно так же накинуться на Вайсс, если ему просто захочется это сделать? Спасет ли в следующий раз Янг или равнодушно отвернется? Расскажет ли всем тайну Блейк, когда ему надоест играться с ее именем?
Ее прошлая жизнь оказалась уничтожена тем, кому она верила. В случае с Жоном не было даже этого. Более того, у него самого имелись причины ее недолюбливать, что он неоднократно и демонстрировал. Может быть, Жон просто выжидал подходящего момента?
Закончится ли новая жизнь Блейк точно так же, как и старая?
Вернувшись в их комнату, она постаралась не отрывать взгляд от пола. Разумеется, Жон уже находился там и как раз в данный момент получал выговор от Вайсс, сидя на своей кровати и слегка надувшись. Та что-то говорила об ответственности и доставленных Янг неприятностях, на что последняя иногда поддакивала. Она всё еще не до конца оправилась от последствий их поединка и очень радовалась тому, что Вайсс приняла именно ее сторону.
В обычное время Блейк наверняка бы улыбнулась, забавляясь тому, насколько быстро менялись эмоции Янг, и как прекрасно вписалась Вайсс Шни в роль своеобразной матери команды. Даже не части семейной пары с Жоном в роли отца, а просто матери-одиночки с тремя детьми.
Таких сцен Блейк насмотрелась уже немало, вот только сейчас улыбаться ей ничуть не хотелось, поскольку она видела глупое выражение лица Жона и слышала его нелепые оправдания.
Он смеялся, хмурился, обижался и делал много разных вещей, причем переигрывал ровно настолько, чтобы подчеркнуть, что никаких сожалений не испытывал.