— Как и каждый раз, когда мое дыхание оказывается хоть немного сбито, брат.
Лаванда была на целый год младше него, а уже дерзила. Где он ошибся в ее воспитании?
— Но мне кажется, что ты позвонил вовсе не для того, чтобы обвинять меня в недостаточном внимании к моему здоровью.
Предупреждение о необходимости сменить тему оказалось настолько явным, что не понять его мог лишь полный идиот.
— Почему моя малышка говорит о своем брате настолько ужасные вещи? — пораженно уставился на нее Жон, схватившись за голову. — Мне же просто хотелось пообщаться с самой красивой из моих сестер.
— Какая грубая лесть, — улыбнулась Лаванда. — Я начинаю подозревать, что ты сотворил нечто кошмарное. Боги, неужели одно из твоих свиданий окончилось чьей-то беременностью?
— Твой брат прекрасно понимает, зачем нужны презервативы, — отозвался Жон, с некоторым удовольствием наблюдая за тем, как Лаванду передернуло от отвращения. — И еще у него более чем достаточно практики в их использовании.
— Жон, пожалуйста, без таких подробностей...
Тот рассмеялся, глядя на слегка позеленевшую Лаванду. Она попыталась сердито на него посмотреть, но с ее телосложением это выглядело даже слишком мило.
— У меня есть хорошие новости, — улыбнулся Жон. — Или Сапфир уже испортила весь сюрприз?
— Разумеется, испортила. А если точнее, то подслушавшая ваш разговор Амбер побежала к маме с папой, вопя во весь голос, что тебя отчисляют.
Ха, а он-то надеялся сохранить всё в тайне. Впрочем, ничего особенно страшного в этом не было.
— Сапфир, кстати, добавила, что теперь всё зависит от твоего поведения и вполне может сорваться.
— Это так. Но если не совершу никаких глупостей, то уже в следующие выходные окажусь полностью свободен.
— Удачно совпало, — улыбнулась Лаванда. — Мы всё равно собирались приехать в Вейл, чтобы тебя повидать.
Глаза Жона слегка округлились.
— Собирались в Вейл? — переспросил он. — Зачем?
— Говорю же: повидать тебя, глупенький, — хихикнула Лаванда. — Или ты думал, что мы оставим тебя в одиночестве на время твоих каникул?
Жон и в самом деле так считал, и эта мысль, видимо, отразилась у него на лице.
— Какой же все-таки глупый у меня брат, — вздохнула Лаванда. — Но раз уж никакого выбора нет, то придется мириться с твоими недостатками. Дома без тебя, Жон, всё совсем по-другому, так что да — мы все собираемся приехать в Вейл и навестить тебя.
Он вздохнул, позволив плечам расслабиться и ощутив тепло в груди. К такой ничего не требовавшей взамен любви Жон только начал привыкать, пусть даже провел со своей семьей уже целых два года. И подобные признания по-прежнему заставляли его пораженно замирать.
— И еще у Амбер скоро будет день рождения, так что не забудь о подарке.
— Не забуду.
— Что-нибудь другое, а не твое отчисление... Тут тебе сжульничать не удастся.
— Я и не собирался так поступать! Какое недоверие!
Лаванда склонилась к самому экрану, с подозрением уставившись на Жона. Для столь хилого телосложения давить на других она умела довольно неплохо, прекрасно понимая, что отвечать ей никто не станет, опасаясь случайно навредить.
Дверь комнаты отворилась, и внутрь вошли Янг с Вайсс.
— Извини, мне уже пора. Еще увидимся?
— Конечно. На следующей неделе, — улыбнулась Лаванда. — Я люблю тебя.
— И я тоже тебя люблю, — кивнул Жон, отвернувшись от потемневшего экрана и посмотрев на своих товарищей по команде. — Есть какие-нибудь новости?
— Никаких, — покачала головой Вайсс, усаживаясь на свою кровать.
Янг выглядела так, будто хотела что-то сказать, но в итоге лишь посмотрела на него и стиснула зубы. Она была очень зла, но ничего иного Жон от нее и не ожидал.
— Я так понимаю, что это была не Блейк? — все-таки поинтересовалась у него Янг, хотя никакого смысла в ее вопросе не имелось.
— Не Блейк. И за всё это время я так ничего о ней и не услышал, — ответил ей Жон.
— Ну, спасибо за то, что не отвлекался на всякие посторонние дела, — с явной издевкой произнесла Янг, выйдя из комнаты и с силой захлопнув за собой дверь.
Хотел бы Жон убедить ее в том, что с Блейк всё будет в полном порядке, но у нее не имелось ни единой причины ему верить, так что любые слова могли быть восприняты лишь в качестве бессмысленной попытки ее успокоить.
Он вздрогнул от ощущения раскалывавшейся головы. Принятые лекарства ничуть не помогали.
— Мы пришли, чтобы немного перекусить, — сказала Вайсс. — Янг... всё еще расстроена.
— Это я уже понял, — простонал Жон, массируя виски и тем самым пытаясь хоть немного уменьшить боль.