— Хватит уже так говорить. Здесь не было ничего смешного и во время общения с твоей семьей, а сейчас эта шутка и вовсе звучит еще более глупо.
— Ты уже познакомилась с его семьей? — переспросила Янг.
Глаза Блейк моментально расширились от ужаса, как только та осознала свою ошибку.
— Не в этом смысле, — прошипела она. — Жон... Я просто остановилась в том же отеле, что и он.
— Ну, это всё объясняет, — кивнула Вайсс. — То есть вы с ним случайно столкнулись друг с другом, верно?
— В некотором роде...
— Тогда почему Жон сегодня утром ответил на звонок по твоему свитку? — поинтересовалась Янг.
Блейк отшатнулась от нее, чтобы уже через секунду убийственным взглядом уставиться на Жона. Вряд ли его могли спасти какие-либо извинения, так что он решил просто прикрыться Янг и прочими заинтересованными лицами, натравив их на Блейк.
— Она правильно сказала, что мы остановились в одном отеле, — произнес Жон, игнорируя отчаянные призывы Блейк замолчать. — Но почему-то забыла добавить, что еще мы остановились в одной комнате и в одной кровати. Именно поэтому я ответил на звонок ее свитка.
План увенчался полным успехом, но Жон в этом ничуть и не сомневался. Блейк не успела даже пискнуть, когда ее взяла в оборот Янг, а за ней подключилась и Руби. Вайсс осталась стоять рядом, но судя по ее ступору, говорить что-либо она сможет еще очень не скоро.
Жон кивнул самому себе, радуясь превосходно исполненной задумке, а Таксон со вздохом сгорбился за прилавком.
* * *
— ...а это Сапфир и Сэйбл, — закончил представлять им свою семью Жон.
Вайсс умудрилась удержать лицо более-менее спокойным, старательно запоминая имена и внешний вид каждой его сестры. Она привыкла к встречам с различными важными людьми, и с этим никаких проблем у нее не возникло. Но вот у остальных членов ее команды?
Бедная Блейк казалась растерянной, хотя вроде бы уже была со всеми знакома. Янг отчаянно переводила взгляд с одной блондинки на другую, а ее глаза оказались расширены от ужаса. Да и Руби была напугана тем вниманием, которое ей уделяло такое количество людей.
— У тебя просто невероятно большая семья, — ухмыльнулась наконец сумевшая взять себя в руки Янг. — Кто-нибудь может рассказать какие-нибудь забавные истории о детстве Жона?
— У меня даже фотографии есть, — рассмеялась одна из его сестер — самая высокая, к тому же обладавшая короткой стрижкой и походкой Охотницы-любительницы. Если Вайсс всё запомнила правильно, то звали ее Сапфир. А рядом с ней находилась другая — помоложе и пониже ростом, но при этом смотревшая на Жона с практически материнской улыбкой. Сэйбл.
— Тебя это что, совсем не беспокоит? — спросила Вайсс, повернувшись к своему партнеру.
В присутствии такого количества народа она предпочитала держаться рядом с ним.
Жон посмотрел на нее и пожал плечами.
— Я даже не помню своего детства.
— Его помнят очень немногие, — вздохнула Вайсс.
У нее самой остались некоторые воспоминания, но может быть, у него всё оказалось по-другому? Вайсс читала, что лучше всего запоминались наиболее счастливые и наиболее трагические события. Его семья не выглядела ни тем, ни другим. Они казались... милыми, любящими и создававшими по-настоящему домашний уют.
— Эй, Жон, — окликнули его появившиеся как по волшебству с обеих сторон девушки в коже и одежде темных оттенков, после чего оттащили от Вайсс и стали что-то тараторить насчет музыки, которую ему стоило послушать.
Если бы это оказался кто-то другой, то Жон наверняка бы вывернулся, поскольку она лично его тренировала. Но он лишь улыбался — словно взрослый, терпеливо выслушивавший маленьких детей. Разве его сестры не были старше него?
Вайсс наблюдала за тем, как они усадили Жона в кресло, чтобы потом устроиться по бокам, сунуть ему в руки наушники и начать что-то показывать на свитке. Всё выглядело как обычная семейная сцена... разве что несколько более эмоциональная, чем Вайсс могла ожидать, например, от своих родственников.
Так что же именно ее настолько сильно обеспокоило в его улыбке и позе?
На ее плечо мягко опустилась ладонь.
— Я и не ожидала, что Жон приведет к нам так много друзей, — произнесла оказавшаяся у нее за спиной женщина.
Вайсс повернулась к Джунипер Арк — матери ее партнера, отличавшейся немалой красотой и тем фактом, что моментально заслужила ее уважение. Впрочем, за способность контролировать такое количество детей и терпеть Жона целых семнадцать лет следовало сразу же выдавать орден.
— Прошу прощения за наше вторжение, — сказала Вайсс. — Мы не хотели прерывать ваш семейный вечер.