В каком-нибудь идеальном мире Жон мог справиться со своей задачей куда проще и эффективнее, наведя Кроу сразу на Паладины. Это не только нанесло бы серьезный урон Белому Клыку, но и лишило бы их важного инструмента в осуществлении плана Прорыва.
Вот только для чего-то подобного следовало заранее выяснить, где и когда они будут находиться. Но даже во времена своей работы на Романа Жон не получал от того настолько важной информации, так что ее всё еще предстояло каким-нибудь образом добыть с его нынешними возможностями.
— Приятно видеть, что власти наконец-то вмешались, — произнесла Вайсс, после чего высморкалась в платок и сердито посмотрела в сторону того, кого винила в своей простуде.
По крайней мере, сегодня ей стало гораздо лучше, и совесть не заставляла Жона весь день приносить ей еду и горячий чай, как это было вчера.
— А ты думала, что они станут просто игнорировать существование у себя под боком целой террористической ячейки? — спросил он, решив больше не притворяться спящим и постаравшись не улыбаться слишком уж сильно.
Звучало, конечно, довольно глупо, но разве именно этим власти и не занимались? Впрочем, Озпин, Айронвуд и все остальные люди, которые управляли политической жизнью Королевств, разумеется, следили за действиями Белого Клыка, но о его истинной опасности даже не подозревали. А вот для самого Жона гораздо важнее оказалась Блейк, которая их заблуждений совсем не разделяла.
Он приоткрыл один глаз и посмотрел на нее. Блейк всё с тем же удивлением и шоком продолжала читать статью, но выглядела при этом вполне здоровой. Никаких мешков под глазами и прочих признаков усталости видно не было, что оказалось очень даже хорошим знаком.
— До этого они всегда игнорировали существование Белого Клыка, — прошептала она.
— Или просто собирали информацию, — пожала плечами Вайсс. — Наверное, хотели прекратить их деятельность одним ударом. Подобная операция требует серьезной подготовки.
Она понятия не имела, насколько сейчас ошибалась. С другой стороны, ее за это винить всё же не стоило, потому что своим безумием Кроу выделялся даже среди остальных Охотников.
Скорее всего, он просто вломился на склад, положил всех на пол и поспешил убедиться в том, что Руби там не было. А возможно, все-таки сначала связался с ней и уже потом отправился за ее свитком. Об этом наверняка расскажет сама Руби или Янг, когда они вернутся в Бикон.
Свиток Жона пискнул, заставив его лениво покоситься в ту сторону.
— Ты собираешься читать сообщение? — не подразумевавшим никакого отказа тоном спросила Вайсс.
— Конечно, дорогая, — вздохнул Жон, беря в руки свиток и не обращая внимания на ее недовольство.
Сообщение прислала ему Глинда. Ну, или мисс Гудвитч, как ее называли запуганные студенты. И к сожалению, это было вовсе не долгожданное приглашение в ее спальню, о котором так мечтал Жон.
— Что там?
— Напоминание о том, что мне нужно встретиться с доктором Ублеком...
Он со вздохом прижался лбом к прохладному металлу.
Об этом Жон совершенно позабыл. Разумеется, можно было никуда не ходить... но тогда Глинда наверняка придет за ним лично. Да и Ублек всегда отличался терпением и настойчивостью, а потому просто так явно не сдастся. Скорее всего, он будет назначать встречи снова и снова.
— Зачем? — поинтересовалась Вайсс, опершись рукой на подушку и немного приподнявшись с постели. Она всё еще была одета в пижаму, так что поспешила накинуть на себя теплое одеяло. — Мы в Биконе провели меньше дня... Что ты уже успел натворить?
— С чего ты вообще решила, будто я что-то натворил?
Вайсс с Блейк удивленно уставились на него.
— Ох... к слову о доверии.
Ни у той, ни у другой взгляд ничуть не смягчился.
— Ладно... Встреча с ним была назначена еще до каникул. И это вовсе не наказание.
— А что же тогда?
— Просто разговор, — пожал плечами Жон, отвернувшись от них.
— О чем?..
— О философии, — ответил он. — О ценности человеческой жизни.
Вайсс явно задумалась, скорее всего, пытаясь сообразить, что именно Жон имел в виду. Но тот совсем не собирался ей в этом помогать, тем более что ничего особенно важного здесь не было.
Преподаватели просто опасались, что потрясение или какие-нибудь там угрызения совести после такого происшествия могли свести его с ума, а потому следовали принятым в Биконе правилам.
Но Жон занимался подобными делами в течение столетий и уже давным-давно ко всему привык. Возможно, когда-то его и мучила совесть, но те воспоминания оказались полностью позабыты. Куда больше его волновала опасность помереть хотя бы от той же скуки.