К слову, нужно ли ему было что-либо менять в ситуации с последней? Например, самому познакомить ее с Руби.
— Как я и думал, — вздохнул Ублек. — А знаете, что во всем этом кажется наиболее ужасным мне?
— Нанесенный пожаром ущерб?
Это было совершенно очевидно. Слишком уж много там сгорело складов и прочей инфраструктуры, так что урон экономике города получился колоссальным. Впрочем, Жон всё равно считал, что спасение жизни Блейк того стоило.
— Не совсем... Печальнее всего мне было узнать о погибших.
— Озпин говорил, что никто не погиб, — с подозрением уставился на него Жон. — Столь поздно ночью, да еще и в выходные там никого не было, так что никаких случайных жертв тоже быть не должно.
— И всё же они у нас есть, только не случайные, — возразил Ублек. — Меня удивляет тот факт, что вы о них не помните. В конце концов, они же погибли именно от вашего меча.
От его меча?
— Члены Белого Клыка? — уточнил Жон, слегка при этом расслабившись. — Я думал, что вы имели в виду кого-то другого.
— А есть разница?
— Разумеется, есть, — фыркнул Жон. — Это были враги.
— У подростков вашего возраста не должно быть врагов.... Особенно таких, которые подлежат безжалостному истреблению.
— Разве? Вы что, хотите убедить меня в том, что не стоило их убивать, а вместо этого следовало дать им прикончить Блейк?
Неужели на этой встрече ему придется выслушивать всё то нелепое дерьмо про "мир и любовь"? В реальности оно всё равно не работало. Гриммы процветали, а невинные люди гибли, так что убивать для их защиты приходилось постоянно.
Всепрощение являлось просто замечательной идеей для тех, кто был готов рискнуть жизнями своих близких ради непонятно чего.
А что же касалось его возраста... Ну, Жон оказался уже достаточно взрослым, чтобы иметь насущную необходимость прикончить несколько мешавших ему и его планам людей.
— Я вовсе не собираюсь осуждать ваши поступки, мистер Арк. Более того — я впечатлен тем, насколько далеко вы готовы зайти ради спасения жизни члена вашей команды. Подобную черту характера можно только уважать. Но меня беспокоит то, как быстро вы пришли именно к этому решению. Насколько мало времени вам потребовалось на то, чтобы перечеркнуть для себя ценность чужих жизней.
— То есть теперь я еще и социопат? — уточнил Жон, сложив руки на груди и откинувшись на спинку дивана.
— Было бы очень глупо с моей стороны сразу же переходить к подобным заключениям, — произнес Ублек. — И само собой, я не стану так поступать. Вы продемонстрировали немалую заботу о ваших друзьях, пусть и таким вот странным образом. Никаким диссоциальным расстройством личности тут и не пахнет. И в то же время вы далеко не первый и — как это ни печально — не последний студент, которому пришлось отнять чью-то жизнь. Именно поэтому существует правило об обязательной психологической помощи.
Он подался немного вперед, указав в сторону Жона своей кружкой с кофе.
— Мы здесь находимся вовсе не для того, чтобы судить о ваших действиях. В конце концов, директор Озпин уже сделал это, вынеся свой вердикт. Данная встреча предназначена для того, чтобы я мог помочь вам примириться с тем, что уже произошло.
— Мне это не нужно, — покачал головой Жон.
И это действительно было так.
Он понимал то, о чем говорил Ублек, но ничего подобного ему просто не требовалось. Такая "страховочная сетка" должна была оказаться полезной для испытывавших угрызения совести студентов.
Нет, Жон их вовсе не осуждал и не считал подобную реакцию за слабость, но сам в таких мерах предосторожности никакой нужды не испытывал.
Сколько он успел убить, пока Роман не сжег остальных?
Три или, может быть, даже четыре террориста?
А если считать за все его жизни?
Сотни? Тысячи?
Иногда от его руки не умирал никто, потому что Жон погибал слишком рано. В других повторах он доживал до самого Фестиваля Вайтела и безжалостно выкашивал ряды террористов Белого Клыка.
Число его жертв от жизни к жизни разнилось, но результат всегда оставался одним и тем же.
— Меня не беспокоят мысли об их смертях, — произнес Жон. — И никаких угрызений совести я за это не испытываю.
— Примерно так мисс Гудвитч и сказала, — улыбнулся Ублек. — И теперь я вижу, что она была полностью права. Это весьма интересно. Вы невероятно легко приняли подобное бремя, не показав абсолютно никаких изменений в характере. Кое-кто мог бы заметить, что ваша постоянная усталость и сонливость говорят об испытываемом вами стрессе, но я видел, как вы спали на моих уроках с самого начала учебного года.