Возможно, там была уверенность в собственных силах, а может быть, так смотрел тот, кто уже не раз проходил по этому пути. Как бы там ни было, она слегка прищурилась.
— Постарайся сделать так, чтобы до этого не дошло, — мягко сказала Винтер. — Вайсс тебя не простит, если ты умрешь.
Наверное, так оно и было... Хотя Жон и не собирался погибать на горе Гленн.
— У меня очень требовательная напарница, — усмехнулся он. — Но я сделаю всё от меня зависящее, чтобы ничего подобного не произошло.
— Моя сестра очень многое для тебя значит.
Это был не вопрос, а, скорее, утверждение. Жон лишь пожал плечами в ответ, считая всё совершенно очевидным.
— К слову, ты обещал мне не делать ей больно, но всё равно ее отверг.
— Я отверг вовсе не Вайсс, — отозвался Жон. В конце концов, в тот момент точно такой же ответ получила бы любая другая девушка. — Кроме того, ты действительно просила меня не делать ей больно. Отношения же со мной... они бы это обещание нарушили.
Винтер некоторое время смотрела на него.
— Признаюсь честно, Жон Арк. Я... рада тому, что ты ей отказал. Мне сложно представить себе ваши отношения и совсем не хочется видеть вас вместе.
Он ощутил какое-то мрачное веселье.
Свои слова Винтер подбирала так, будто боялась его оскорбить или разозлить. Но что такого оскорбительного могло быть в правде? Вайсс заслуживала кого-нибудь более достойного, чем Жон, каким тот стал в этом повторе. И здесь не было ничего жестокого, обидного или циничного — всего лишь простая констатация факта.
Он выглядел бы совершенно нелепо в роли парня наследницы Шни, даже если бы у них имелось какое-либо будущее после Фестиваля Вайтела.
— Всё в порядке, — сказал Жон. — Я вовсе не обиделся. Честно говоря, о ее чувствах я узнал не раньше тебя самой, но даже если бы это было не так, то вряд ли мне стоило ожидать твоего одобрения.
— Не припомню, чтобы хоть раз говорила о том, что ты не заслуживаешь моего одобрения, — произнесла Винтер, заставив его сильно удивиться. — Я считаю тебя умелым и умным молодым человеком, всегда прежде всего думающим о желаниях Вайсс — как и должно быть.
Он рассмеялся.
— К тому же ты готов защищать свою команду, что тоже идет в плюс моему мнению о тебе. Я знаю, что ты мог бы стать для нее идеальным партнером и уважаю тебя, Жон Арк, — добавила Винтер, хотя при этом с ее лица исчез любой намек на улыбку. — Но я не думаю, что ты уважаешь сам себя.
Что? О чем она вообще сейчас говорила?
— Ты настроен на саморазрушение. Легко бросаешься словами о том, как отдашь за других свою жизнь, и я верю в твою способность это сделать. Но если моя сестра привяжется к тебе, тогда в случае твоей смерти утешать ее придется именно мне, — со вздохом покачала головой Винтер. — И пока эта часть твоего характера не изменится, мне сложно одобрить что-то большее между вами, чем просто дружба. Да и с этим я ничего не делаю только потому, что уже слишком поздно что-либо предпринимать.
Жон ощутил сильное раздражение и с некоторым трудом подавил в себе желание ей ответить.
Всё было в порядке. Ему не требовалось одобрение Винтер, и он совсем не собирался встречаться с Вайсс. Кроме того, всё сказанное ей не являлось неправдой, хотя об истинном положении вещей Винтер даже не подозревала.
И нет, Жон не был склонен к саморазрушению... Именно так выглядел со стороны его прагматизм и результаты упорного труда по спасению своих друзей.
— Никаких проблем тут не возникнет, — пообещал Жон. — Я не собираюсь ни умирать на этой миссии, ни позволять пострадать кому-либо из моей команды.
— Я тебе верю, — ответила ему Винтер, оглянувшись на Вайсс и улыбнувшись. — А сейчас мне пора идти. Удачи во время миссии и, пожалуйста, будь осторожен. Не ради себя, а ради моей сестры. Твоя смерть по ней очень сильно ударит.
— Я уже обещал, что не стану делать ей больно, — напомнил Жон. — И в этом плане ничего не изменилось.
Винтер кивнула и отступила на шаг назад, а затем махнула рукой на прощание Вайсс и направилась к главному зданию Бикона.
— Эй, — произнес Кроу. — А разве Снежная Королева приходила не ко мне?
— Нет, она приходила к Жону, — ухмыльнулась Янг. — Знаю, что это очень обидно, и могу одолжить тебе платочек.
— Дяде Кроу не нужен твой платочек, — возмутилась Руби.
— Правильно, моя дорогая племянница.
— Он всё еще остается запасным вариантом после блондинов.
Кроу поднял Руби на уровень глаз и внимательно ее осмотрел.
— Вижу, в тебе уже проявилось растлевающее влияние твоей сестры. Какая жалость... Ты была такой милой.