— Я заставила тебя прикрыть меня от огня. Прости.
Что-то легонько щелкнуло ее по носу, настолько удивив Вайсс, что она едва не выронила из рук кружку. Только через секунду до нее дошло, что это был склонившийся к ней Жон.
— Сколько раз я должен повторить, что ты ни в чем не виновата? Тот выбор сделал лишь я сам.
Она почувствовала, как к ее щекам прилила кровь.
— И всё же там была и часть моей вины. Если бы Миртенастер-...
Вайсс немного напряглась, когда он обнял ее за плечи, но дальше Жон заходить всё же не стал.
— Тебе стоит перестать пытаться отыскать в случившемся свою вину, — сказал он. — К тому же это был далеко не первый раз, когда я имел дело с огнем ради того, чтобы кого-нибудь спасти. Возможно, ты уже забыла, но в порту к моменту вашего прибытия было довольно жарко.
— "Жарко" — это серьезное приуменьшение, Жон. Там творился самый настоящий ад. И разве тебя это не беспокоило?
— Мне было не до того, — ухмыльнулся он. — Один подкрашивающий глаза тушью клоун как раз в тот момент пытался оторвать мне голову.
Вайсс представила себе эту картину и рассмеялась, все-таки сумев хоть немного расслабиться.
Когда из-за их спин доносились звуки разговора остальных, а Жон обнимал ее за плечи, можно было даже позабыть о том, что они сейчас находились в разрушенном Гриммами и давным-давно заброшенном городе.
— А разве не ты сам всё это устроил? Ну, огонь, — добавила Вайсс, наткнувшись на полный недоумения взгляд Жона.
— Это сделал Торчвик.
— Блейк рассказала нам правду, — произнесла она, испытывая некоторое удовлетворение от вида раздраженно закатившего глаза Жона и его бормотания о слишком длинном языке Блейк. — Мы поддержали версию о том, что всё это устроил Торчвик, чтобы у тебя не возникло никаких проблем. И еще она поведала нам о том, как ты врезался на Буллхэде в склад. Поверить не могу, что тебе удалось долететь дотуда от самого Бикона и только затем разбить свой транспорт. Наверное, это самое настоящее чудо при твоих-то навыках пилотирования.
— Что тут можно сказать? Просто повезло.
— Вряд ли кто-то может назвать везением упавший в кучу контейнеров с Прахом Буллхэд, горящий порт и окружение из желающих твоей смерти террористов.
— А я и не говорил, что повезло именно мне.
Вайсс фыркнула, а затем улыбнулась и сделала глоток из кружки.
— А все-таки ты идиот, — сказала она, покончив с бульоном.
— Ты что, только сейчас это поняла?
— Существует целая шкала, — пояснила Вайсс. — Раньше ты был дебилом, затем стал имбецилом, а теперь оказался низведен в царство идиотов. Можешь гордиться своей умственной неполноценностью.
Он что-то тихо пробормотал, а затем ткнул пальцем ей в бок. Вайсс попыталась перехватить его атаку, после чего напряженно посмотрела на Жона — просто для того, чтобы убедиться в том, что он не повторит свою попытку.
— Ты сама выбрала меня своим партнером, знаешь ли. А могла бы сейчас сидеть рядом с Руби.
— Поверь мне, я вспоминаю о данном факте практически каждый день.
Хотя выбор Вайсс ничуть бы не изменился, даже если бы у нее имелась возможность вернуться в прошлое. И Жону об этом знать совсем не стоило. Впрочем, судя по его улыбке, он все-таки сумел как-то догадаться о ее мыслях.
Вайсс не смогла продолжить смотреть ему в глаза, вместо этого опустив взгляд на свою кружку.
— О чем ты разговаривал с моей сестрой? — спросила она, не столько желая узнать о подробностях, сколько сменить тему их беседы.
— О том, что я обязательно должен присмотреть за тобой, — ответил ей Жон. — Честно говоря, с той же самой просьбой относительно Янг ко мне подходила и Руби.
— Ты сейчас намекаешь на то, что моя сестра и Руби одинаковые?
Вайсс честно попыталась найти в них хоть что-то общее, но потерпела сокрушительную неудачу. Мысль о том, как величественная и утонченная Винтер Шни бросалась к ней и сбивала с ног, заключая в объятья... казалась чрезвычайно опасной для рассудка.
— Не одинаковые, разумеется. Просто они обе беспокоились о своих сестрах, а потому ответственность за вашу безопасность решили возложить на меня.
Вайсс расслабилась, почувствовав, как с ее плеч свалился немалый груз.
Нет, она прекрасно могла себе представить беспокоившуюся о ней Винтер, но опасалась, как бы та не завела с Жоном разговор именно о чувствах Вайсс. Меньше всего ей хотелось, чтобы Винтер вдруг начала их отстаивать.
— Я и сама могу за собой присмотреть.