— Я вовсе не пытался сейчас лгать, Вайсс, — сказал Жон, прекрасно понимая, что данной фразой подтверждал наличие таких попыток в прошлом.
Судя по ее смеху, Вайсс тоже об этом подумала.
— Я чувствую себя... наверное, потрепанным. Боли нет, поскольку меня напичкали лекарствами, но мне известно о том, что тело находится далеко не в самом лучшем состоянии. Еще я испытываю небольшое головокружение и тошноту, но они постепенно проходят. Вот и всё. Честно.
Она прикоснулась к его руке и улыбнулась.
— Спасибо. Знаю, что не всегда была хорошей напарницей, но ты можешь поделиться со мной любой проблемой, и я попробую помочь тебе с ней. И пожалуйста, Жон. Не пытайся ничего от нас скрывать. Так ты лишь навредишь самому себе.
Он ощутил угрызения совести.
Разумеется, Вайсс была права. Бесконечные тайны действительно приносили его команде немало проблем.
В свою защиту Жон мог сказать, что гора Гленн должна была стать довольно простой миссией.
— Ладно, я буду сотрудничать, — вздохнул он. — Иначе Янг с Блейк наверняка взбесятся.
— А ты чего ожидал? Ни одна дочь не желает, чтобы ее отец занимался саморазрушением, — пожала плечами Вайсс, тут же нахмурившись и отведя от него взгляд, как будто подыскивала нужные слова. — Жон... тогда в поезде я видела... то, что ты сделал...
— Я не помню ничего из этого, — настороженно отозвался он, поскольку вряд ли Вайсс могла сейчас говорить о чем-то хорошем. — Что именно я сделал?
— Ты... — вздохнула она, снова посмотрев на него. — Ты там много кого убил, Жон.
Тот вновь почувствовал тошноту, начавшую быстро подниматься от желудка к горлу.
— Озпин сказал, что никто из наших не пострадал, — прошептал Жон. — Что ты меня вовремя остановила.
Вайсс надавила ему на плечи, не давая подняться.
— Да, остановила, — кивнула она. — Никому из студентов ты не навредил. Просто... в поезде находились члены Белого Клыка, и ты их всех перебил.
Члены Белого Клыка?..
Жон откинулся на подушку, ощутив огромное облегчение. Впрочем, прожило оно совсем недолго, поскольку направленный на него взгляд Вайсс заставил замереть, представив себе, как это выглядело со стороны.
Жон открыл было рот, но она его опередила:
— Всё оказалось как в порту. Блейк упоминала, что там ты тоже не проявлял ни малейшей жалости, но... до этой миссии я просто не понимала, что именно она имела в виду, — произнесла Вайсс, теребя кончик хвоста волос.
Этот жест говорил о том, что она очень сильно нервничала, хотя ее взгляд по-прежнему не отрывался от Жона.
— Мне кажется, что я должна тебя понять. В конце концов, это же Белый Клык. Но мне никогда не приходило в голову, что у кого-нибудь еще найдутся причины ненавидеть их больше, чем это делала я. И всё же мне бы не хотелось еще раз столкнуться с тем, что ты там устроил. Большинство их лиц застыло в ужасе... как будто они отчаялись спастись. Просто не могу себе представить, насколько же ты их презираешь.
Жон закрыл глаза.
Разве он их презирал? Ну, наверное, да.
Белый Клык всегда представлялся ему силой, работавшей вместе с Синдер ради своих извращенных целей.
Как именно препятствовали идее всеобщего равенства студенты Бикона? Разве они несли ответственность за проявляемый старшим поколением расизм? Здесь не имелось ни капли их вины... И они совсем не заслужили той участи, на которую их обрекли Адам и его выродки.
Перед глазами Жона всплыла картина казненной Блейк, а затем стали мелькать другие воспоминания из самых разных жизней. Иногда в них та же Янг теряла только руку, но чаще — гораздо больше.
— Я их ненавижу, — прошептал Жон.
— Я уже поняла...
Он некоторое время подождал продолжения, но Вайсс больше так ничего и не добавила, что вызывало немалую тревогу.
— И что это означает для нас? — наконец не выдержал Жон. — Ты во мне теперь разочаровалась?
— Что? Разумеется, нет, идиот, — отозвалась наклонившаяся поближе и выглядевшая чуть ли не оскорбленной Вайсс. — Я говорила вообще не об этом. Ты был тогда не в себе, и мне известно о том, что под твоим поведением кроется что-то еще. Да, я знаю, что никакой жалости ты не проявил бы в любом случае, но в отношениях между нами это абсолютно ничего не меняет. Тебе уже доводилось убивать в порту, пусть я и не до конца понимала, что это значило. Просто... мне хочется, чтобы ты знал, что для меня всё это неважно. Всё равно Янг с Блейк скажут тебе то же самое, но мне почему-то кажется, что ты тут же придешь к совершенно неверному выводу, будто я тебя ненавижу.