Он откашлялся и повысил голос:
— Эй, Янг. Вы готовы?
— Мы-то готовы, — отозвалась та. — А вот как насчет тебя? Тебе в кроватку не пора?
— Не волнуйся, как-нибудь обойдусь, — проворчал Кроу, уже сделав шаг по направлению к ним, но вдруг остановился и посмотрел на Жона. — И вот еще что... Я, конечно же, не самый лучший собеседник и понятия не имею, как выводить людей из депрессии, но если ты захочешь с кем-нибудь выпить...
— Буду иметь в виду, — ухмыльнулся он. — Спасибо.
— Чего ты там застрял, старик? Только не говори мне, что передумал драться.
— Ох, сейчас кто-то получит, — буркнул Кроу, достав оружие и направившись в сторону рассмеявшейся Янг.
Иногда они вели себя чересчур несерьезно.
Жон усмехнулся, наблюдая за тем, как Кроу с Янг обменивались подначками. Он не верил в то, что его команда сумеет справиться с полноценным Охотником, о способностях которого имела весьма смутное представление. С другой стороны, с самого начала боя они старались держаться вместе и не позволяли Кроу их разделить, как тот явно намеревался сделать.
Жон вздохнул, глядя на то, как битва постепенно принимала односторонний характер.
Похоже, Кроу собирался сдержать свое обещание, поскольку сосредоточился именно на Янг. Он ухмылялся, валяя ее по траве и пиная, словно шарик для пинбола. Разумеется, та не желала сдаваться, вовсю сверкая покрасневшими глазами. Подобный поступок оказался бы равносилен признанию ее неправоты, что шло вразрез с характером Янг.
Жон улыбнулся, подумав о том, насколько свойственно ей было именно такое поведение. Хотя, наверное, как раз оно и являлось одной из тех причин, по которым находиться рядом с ней оказывалось крайне весело.
О чем Жон уж точно никогда не подозревал, так это о том, что у него когда-нибудь могло возникнуть желание присоединиться к подобному спаррингу... да еще и настолько бессмысленному. Одна короткая тренировка ничем не сумела бы ему помочь в надвигавшемся на него кошмаре. Это время следовало потратить на что-нибудь куда более полезное.
Но со стороны бой выглядел очень весело. Может быть, именно веселья ему и не хватало?
Мысли Жона оказались прерваны постукиванием каблуков по дорожке у него за спиной. Пирра решила взглянуть на их тренировку?
— Тут свободно?
Сердце замерло от внезапно охватившего его ужаса. Жон всё же сумел заставить себя улыбнуться излишне хорошо знакомой ему темноволосой девушке, остановившейся позади него.
— Конечно, — сказал он. — К тому же я всё равно не могу никому ничего запретить, поскольку Бикон мне не принадлежит. А вот если бы он мне принадлежал, то, пожалуй, стоило бы немного изменить школьную форму.
— Могу себе представить, — отозвалась Синдер Фолл, усаживаясь рядом с ним и даря ему насквозь фальшивую улыбку. Впрочем, кого-нибудь другого она могла бы и обмануть, поскольку выполнила ее почти что идеально. — В конце концов, мне уже доводилось слышать о твоей репутации.
— Могу заверить, что практически все эти слухи являются чистой правдой. Но... я не помню твоего имени.
— Синдер, — подсказала она. — Синдер Фолл. А как зовут тебя, я, разумеется, знаю. В последнее время ты стал весьма известен в Биконе. Печально известен.
— Это из-за Прорыва? — уточнил Жон, на что Синдер кивнула. — Ну, лично я предпочел бы прославиться чем-то таким, о чем вообще хоть что-нибудь помнил. Не могу сказать, что мне в тот момент удавалось себя контролировать.
— Я понимаю. Моя команда более-менее осознает последствия употребления наркотиков. Честно говоря, я не знаю, почему остальные студенты испытывают неловкость и даже опаску в твоем присутствии. Что-то подобное могло произойти с кем угодно.
— Спасибо.
Хотя бы за то, что была подозрительно дружелюбной. Впрочем, у Жона вызвало бы подозрение любое поведение Синдер, кроме попытки его убить.
Она сейчас явно хотела втереться к нему в доверие, и это говорило о том, что у нее имелась какая-то цель. Вот только какая? Добить помешавшего ей Жона, собрать информацию о его друзьях или, например, попытаться через него как-либо повлиять на Пирру?
С другой стороны, Синдер могла действовать так хотя бы для поддержания своей легенды. В конце концов, у преподавателей наверняка появилось бы немало вопросов к студентке Хейвена, которая безвылазно сидела в комнате и никогда не общалась с кем-либо еще, кроме своих товарищей по команде. И их беспокойство о ее благополучии вполне могло перерасти в совершенно ненужное ей внимание.
Разумеется, Жон в это не верил. С Синдер никак нельзя было полагаться на какое-нибудь безобидное объяснение. К счастью, существовал довольно простой способ немного прояснить эту ситуацию.