— Не могу дождаться того момента, когда всё это закончится, — проворчал Жон.
— Да? — удивленно посмотрела на него Вайсс. — А почему? Или ты думаешь, что как только кризис пройдет, мы тут же перестанем за тобой присматривать? Уж твое-то питание без контроля точно оставлять нельзя.
Ох... Насколько же ему все-таки не везло.
— Жон выглядит уже гораздо лучше, — сказала Кицуне, внимательно осмотрев его с ног до головы. — Если никаких осложнений не возникнет, то можно будет полностью завершить процесс лечения через пару дней.
— Вот и хорошо, — произнес он. — Самое время.
— Не терпится принять участие в турнире? Вот уж не думала, что тебя интересуют подобные вещи. Судя по рассказам Глинды, чтобы заставить тебя с кем-нибудь сразиться, нужно совершить подвиг, сравнимый с теми, которые встречаются в историях Порта. Или кое-кто ощутил дух соперничества?
— Что-то вроде того, — кивнул Жон, посмотрев на свою команду.
Вайсс выглядела заинтересованной, но вот во взглядах Блейк и Янг сквозило какое-то подозрение.
Он пожал плечами, вновь повернувшись к Кицуне.
— Что-то я сомневаюсь, что моя команда согласится вообще не участвовать в турнире.
— И правильно делаешь, — фыркнула Вайсс. — К таким возможностям, как Фестиваль Вайтела, не стоит относиться легкомысленно. Там будет множество зрителей, включая мою сестру... и моего отца.
Она тряхнула головой.
— Я намерена выступить просто идеально, даже если никто из вас не захочет и пальцем пошевелить.
Кицуне уже было собралась что-то сказать, но тут пискнул тот аппарат, в который она засовывала его кровь, а перед ней появился экран.
Жон нервно сглотнул, пока Кицуне изучала результаты. Его пальцы впились в сидение стула, а несколько секунд показались ему целой вечностью.
— Ну, похоже, кое-что в твоем организме еще есть, но через пару дней это пройдет. Кое-какие остатки будут там находиться в течение нескольких месяцев, но какого-либо эффекта на тебя не окажут.
— Так я смогу участвовать в турнире? — уточнил Жон. — Драться мне разрешено?
— И тренироваться, — добавила Вайсс. — Жон, ты ведь не собираешься сразу же бросаться в бой, правда?.. Сначала нужно проверить твое состояние в нормальной обстановке.
— Думаю, ему можно заниматься и тем, и другим, — улыбнулась Кицуне, убирая емкость с его кровью в шкафчик. — Но нагрузки следует увеличивать постепенно — просто для того, чтобы не повредить отвыкшие от них мышцы. Организм относительно чист, а аура стабильна. Поздравляю, Жон, ты теперь можешь считаться вполне здоровым. Ну, если, конечно, сам не заметил какие-либо необычные явления.
Как, например, не желавшая работать аура?
Существовала некоторая вероятность того, что Кицуне могла решить его проблему, но вряд ли слишком высокая. В конце концов, она сама призналась, что ее профессиональные знания и навыки лежали в совсем иной области, и подобными вопросами ей заниматься никогда не приходилось.
Кицуне могла разве что попытаться обнаружить какую-то аномалию, а затем предпринять шаги по ее нейтрализации. Но тогда у Жона точно не получится принять участие в турнире... А скорее всего, его и вовсе вывезут из Бикона.
В конце концов, какой оказался бы смысл в студенте, который не был способен ни тренироваться, ни драться в спаррингах, ни сражаться с Гриммами?
Его наверняка бы перевели в какое-нибудь медицинское учреждение Вейла, откуда он и смог бы наблюдать по телевизору за смертью всех дорогих ему людей.
Взгляд сам собой прошелся по Вайсс и их с ней в каком-то роде дочерям. Все они выглядели встревоженными.
Жон улыбнулся.
— Нет, ничего необычного я не заметил, — солгал он. — Думаю, со мной всё в порядке.
Без ауры его бои окажутся сложными и... скорее всего, самоубийственными. Но Жон не испытывал никакого страха. Так или иначе он заставит ее работать.
По-другому и быть не могло.
— Всё вновь вернулось к нормальному состоянию, — выдохнула Вайсс. — Хвала небесам.
— Команда "Джазберняк" снова в деле, — радостно кивнула Янг. — Готовы показать всем, из чего мы сделаны?
Жон почувствовал себя так, словно время замедлилось.
Был ли он готов?
Разумеется, нет.
Это Синдер отлично подготовилась, продумала все возможные мелочи и соорудила кучу запасных планов. Будущее казалось опасным и приводило Жона в самый настоящий ужас.
Но он не был готов просто сидеть и позволять ему претворяться в жизнь. Жону совсем не хотелось оглядываться назад и испытывать сожаления о том, что он даже не попытался что-либо со всем этим сделать.