— Всё в порядке! — прервала ее оттолкнувшаяся от стены Глинда. — Я уже говорила о том, что тебе незачем волноваться. Для этого мы здесь и находимся. Тебе нужно понять, что именно приводит в движение твои силы, а затем взять их под контроль. Скажи, о чем ты думала, когда у тебя всё это получилось?
— Я... — начала было Вайсс, но тут же запнулась и отвела взгляд в сторону. — Я размышляла о Белом Клыке.
— Разве я не говорила тебе оставаться спокойной?
— Простите.
Глинда вздохнула, а затем села за свой стол и жестом предложила Вайсс занять стул напротив.
— Мы больше не станем практиковаться? — уточнила та.
— Не думаю, что сейчас от этого будет хоть какой-то толк. Ты слишком рассеянна.
— Нет, пожалуйста! Я смогу собраться и всё сделать!
— Я в этом не уверена, Вайсс, — покачала головой Глинда. — И здесь нет твоей вины. Ты всё равно остаешься человеком со всеми присущими нам эмоциями. Особенно это заметно после того, что случилось. Думаю, на сегодня тренировку мы окончим. Если не придумаем ничего получше, то начнем работать с твоим гневом. Для самообороны должно хватить и его.
— Наверное... — пробормотала Вайсс, усаживаясь на указанный стул. — Разве не было бы лучше, если бы меня обучал Озпин? Не хочу никого обидеть, но похоже, он знает о девах и их силах гораздо больше всех остальных.
— А еще Озпин занимает пост директора Бикона, и постоянные визиты к нему одной из студенток могут породить совершенно ненужные слухи и подозрения, — заметила Глинда. — В нашем случае необходимо соблюдать секретность. Кроме того, он сам мне сказал, что о контроле над этими силами знает ничуть не больше меня. В конце концов, я хотя бы привыкла обучать студентов сражаться и использовать только что открытые Проявления. Поэтому мы с ним сошлись на том, что разница тут не так уж и велика.
Сравнение и в самом деле было довольно неплохим.
Вайсс кивнула, почувствовав некоторое облегчение.
Все очень плохо обращались со своими Проявлениями, когда их открывали. Это было вполне ожидаемо. Со временем контроль становился гораздо лучше... ну, по крайней мере, у большинства людей. Сама Вайсс пока еще не могла нормально воспользоваться ни своим семейным Проявлением, ни этой недавно обретенной силой.
Являлась ли она вообще наиболее подходящей кандидатурой для чего-то подобного?
— Как у тебя проходит адаптация к изменениям? — спросила Глинда. — Я сейчас имею в виду не тренировки. Ты заметила что-нибудь необычное? Какие-либо побочные эффекты?
Она уставилась в стол, почувствовав приступ паники.
— Я... Со мной всё в порядке.
— Вайсс... — произнесла Глинда, притронувшись к ее руке. — Пусть ты и считаешь меня всего лишь преподавательницей, но хочу напомнить, что еще я являюсь той, кто способна тебе помочь. Так что ради твоего же собственного блага скажи мне правду. Ты заметила что-нибудь необычное?
— У меня были провалы в памяти, — прошептала она, с некоторым трудом преодолев свой страх. — Я... не знаю, чем они оказались вызваны, но... кое-что было мной забыто.
Вайсс закрыла глаза.
— А другие вещи я, наоборот, вспомнила.
— Другие вещи?
— Те, о которых никогда не знала, — пояснила она. — И не должна была знать.
— Вайсс, успокойся...
— Как я могу оставаться спокойной?! — закричала та, открыв глаза и стукнув кулаком по столу. — Как я могу успокоиться? Во мне что-то изменилось, а я... я вообще понятия не имею, осталась ли тем же самым человеком, которым была. Что мне теперь делать?
Вайсс обхватила голову руками.
— Я с трудом различаю те воспоминания, которые принадлежат мне, и... те, которые не мои.
— Тогда постарайся сосредоточиться на тех, что точно являются твоими. Думай лишь о них, — произнесла Глинда, наклонившись немного вперед. — Ты вовсе не Амбер, Вайсс. Возможно, кое-что от нее досталось тебе при передаче ауры. Душа и всё, что с ней связано, никогда не переставала быть загадкой для науки. Но ты останешься самой собой, даже если тебе в голову целиком попадет какой-то чужой разум. Ты меня понимаешь?
Вайсс отчаянно закивала.
Она и сама не знала, верила ли словам Глинды, но решила попытаться убедить себя, что именно так всё и было.
— Я помню карнавал, — сказала Вайсс. — Это происходило в небольшом поселении... Его жители были счастливы из-за того, что случилось нечто хорошее. Мне кажется... Амбер убила какого-то опасного Гримма. Это был карнавал в ее честь.
Она закрыла глаза, припомнив танцевавших детей.
— Они сказали, что всегда будут мне рады.