Я сам себе не хозяин. Я раб своих желаний и эмоций. Все это, с чем раньше, с успехом справлялся, накрыло меня с головой.
И самое обидное, что это очевидно даже мои бойцам. Когда просечет мама, думаю вопрос времени.
И тогда, точно обычные мои отмазки не прокатят. Не хочу, чтобы во мне копались и пытались помочь разобраться.
Я еще сам не понимаю, что мне со всем этим делать! А учитывая то, что Ягодкина сама от меня морозиться, это только усугубляет мое состояние.
При другом ее поведении, я бы попробовал и предложил встречаться. Но Ягодкина не настроена на это.
Дает четко понять, что ей от меня только секс был нужен. Чувствую себя погано. Меня использовали и выкинули за ненадобностью.
Если бы Вика мне не нравилась, было бы легче? Не знаю. Пока я справляюсь как могу.
Намеренно минимизировал общение с Ягодкиной. Точнее совсем его исключил. Не звоню ей, не пишу. Не предлагаю помощь в ремонте. Может она и думает, что я козел. Трахнулся и в кусты. Но не могу я быть с ней рядом и делать вид, что все путем. Ну подумаешь трахнулись, с кем не бывает?
Не хочу! Не могу! Меня так и подмывает устроить разборки с выяснением отношений. Но понимаю, что она мне ничего не должна. И может встречаться с кем захочет.
Обнимашки с соседом, доказывают, что она живет дальше. А наш секс, для нее приятное времяпровождение, не более.
И пока Ягодкина это не произнесет вслух, я живу на полуавтомате. Боюсь, если услышу это напрямую, флягу мою уже не спасти.
А так, я хоть как-то могу существовать. Может и веду себя как трус. Но стараюсь избегать общения с Викой.
Вырубаюсь далеко не сразу. До ночи, гоняю мысли в голове.
…………………
-Ягодкина, сладкая, моя, - шепчу ей в шею. Нюхаю ее кожу, втягиваю в себя ее запах.
Странно, но она пахнет, мной. Веду губами по ее шее.
-Ммм, моя, моя, моя.
Хочется говорить Ягодкиной комплименты, пошлости и разную ванильную хрень. К которой я не приучен и не люблю.
Но ей говорить, хочется!
Вроде произношу слова, но на выходе только мычу.
-Ммм, эмг, оо, - только из-за рта и вылетает.
Добираюсь до ее губ, тяну трубочкой свои. Так ее поцеловать хочется.
Она отстраняется.
-Не, не, не, ну куда?
Так обидно становится. Гордость кричит, встань и уйди, а сердце шепчет, ни хрена. Целуй!
-Богдан, - шепчет Ягодкина.
-Ммм, - кайфую, что по имени завет.
Тянусь к ее губам.
-Богдан!
Да, что такое? - смотрю на Ягодкину. Ее лицо становится мутным, расплывчатым.
Она буквально за пару секунд растворяется.
-В смысле бля? - тяну руки вперед. Хочу ее поймать.
-Богдан, бля!
Ягодкина исчезает. Мне охота, орать в голосину, от безвыходности. Звать ее пока назад не придет. Так же хорошо все начиналось!
Резко открываю глаза. Не понимаю, где я.
-Богдан, ты чего? - Федя смотрит на меня испуганными глазами.
-Сссон приснился, - хриплю в ответ.
-Плохой?
В нем была Ягодкина. Он в априори не может быть плохим.
Но брату в ответ, что-то нечленораздельное выдаю. Включаю мобилу, смотрю время.
-Шесть утра! Ты, что у меня забыл в шесть утра? - смотрю на брата в ахере.
Он опускает взгляд, мнется.
-Федя? Что случилось?
-Тут такое дело?
-Ну, че ты тянешь кота за яйца? Говори уже во, что вляпался?
-Ничего я не вляпался! Мне просто нужна твоя помощь, когда к родителям пойду. Подстраховка, так сказать.
-Федя, бля! Ты меня пугаешь!
-Анька, беременна!
Застываю на месте.
-Не понял, в смысле беременна?
-В прямом.
Сон, как рукой снимает.
17 глава.
ВНИМАНИЕ! НЕНОРМАТИВНАЯ ЛЕКСИКА! ЛЮБЫЕ КУЛЬТУРНЫЕ, НАЦИОНАЛЬНЫЕ, ИЛИ РАСОВЫЕ МОМЕНТЫ В ГЛАВЕ ЯВЛЯЮТСЯ ВЫМЫШЛЕННЫМИ И НЕ ПРЕСЛЕДУЕТ ЦЕЛИ ЗАДЕТЬ, ОБИДЕТЬ КАКУЮ ЛИБО, СТОРОНУ ДАННОЙ ТЕМАТИКИ. ЛЮБЫЕ МЕДИЦИНСКИЕ, НАУЧНЫЕ, И Т.Д И Т.П. АСПЕКТЫ В КНИГЕ ОПИСЫВАЮТСЯ С ГОЛОВЫ (ВОЗМОЖНО БЕДОВОЙ) АВТОРА! НЕ ЯВЛЯЮТСЯ ИСТИННЫМИ И ДОСТОВЕРНЫМИ! КНИГА ВЫДУМКА, НЕСЕТ В СЕБЕ ИСКЛЮЧИТЕЛЬНО РАЗВЛЕКАТЕЛЬНЫЙ ХАРАКТЕР. ВСЕ СОВПАДЕНИЯ СЛУЧАЙНЫ И ВСЕ В КНИГЕ ЯВЛЯЕТСЯ ФЕЯЧНОСТЬЮ АВТОРА.
……………………………………………………..
-Анька беременна!
Моргаю, встряхиваю головой.
-Беременна? Как?
-Ты не знаешь, как это происходит? - Федя громко фыркает и улыбается.
-Я рад, что в данной ситуации ты можешь шутить.
-В какой ситуации? - брат, тут же, напрягается и перестает лыбиться.
-Тебе девятнадцать, Ане восемнадцать. Вы сами еще дети.
-Ты на, что намекаешь? - Федя хмурится и по не доброму на меня косится.
-Ни на, что я не намекаю!
-Аборта не будет!
-Да какой на хрен аборт?
Признаюсь, сразу такая мысль промелькнула. Но быстро ее отмел. Все же Федя уже не ребенок, молод, да. Но достаточно самостоятелен, чтобы вывезти на себе ребенка. Да и мы поможем.