Но запинаюсь, как только вижу его взгляд. Он рассматривает мое тело такими горящими глазами, что я невольно вздрагиваю.
Судя по всему, я не прогадала, надев комплект. Чувствую себя сексуальной, желанной и любимой.
Богдан проводит ладонью по чашечке лифа, обводит пальцем сосок, который торчит сквозь ткань кружева.
Оуч! Электрический разряд по всему телу. Закрываю глаза, закусываю губы. Богдан веден ладонью ниже. Обводит пупок, спускается к трусикам.
-Вик ты офигенная, знаешь?
-Угу, - ой блин, что я несу!?
Совершенно нескромно, так себя вести. Но в данную минуту я плохо соображаю и могу изъясняться только междометиями.
-Красивая, ты очень красивая.
Вот тут хочется поспорить, но ладонь Богдана, которая отодвигает край моих трусиков, заставляет меня напрочь забыть даже междометия. Тихонько стону, запрокинув голову и выгнувшись навстречу ладони Богдана, прикрываю глаза.
Он ведет пальцем по моей коже, добирается до заветного местечка. Которое горит, течет и готово к очень приятному времяпровождению.
И все то, что до этого меня беспокоило, вызывало недоверие и панику, отходит на десятый план.
Растворяюсь в своих ощущениях. Позволяю Богдану полностью рулить процессом.
Он как будто читает мои мысли. Ловко, одной рукой стягивает с меня трусики.
-Вверх оставим на потом, - с удовлетворением в голосе и горящими глазами говорит Богдан.
Смотрю на него и мне нравится его реакция. Во мне, как будто, сразу просыпается шаловливая сучность.
Которая требует, хлеба и зрелищ. Кстати, о последнем. Почему это я в неглиже, А Богдан при параде? Не порядок!
Целую его, попутно расстегивая пуговицы на рубашке.
-Ммм, -стонет мне в губы.
Расстегнув рубашку, без зазрения совести лапаю тело Богдана. Веду ладонью по прессу.
Он вздрагивает и напрягает его. Не хочу сравнивать, но получается само собой.
Тело Богдана, хочется трогать и трогать. Оно поджарое, тренированное. Прикасаться к нему одно удовольствие.
Дура! Дура! Дура! Наверное, никогда не перестану корить себя за то, что Козловский был в моей жизни.
Мои руки скользят по телу Богдана. Целуемся, он от меня не отстает, трогает везде, куда достают его руки.
Цепляю ремень брюк. С трудом справляюсь с пряжкой, исколов себе все пальцы. Но одерживаю победу, расстегиваю ширинку брюк, пытаюсь их стянуть с Богдана.
Остервенело тяну их вниз. Но они не поддаются. Недовольно мычу.
-Погоди, я сам, - хрипит Богдан, не своим голосом, отрываясь от моих губ.
Он быстро встает, стягивает с себя штаны. Смотрю не отрываясь. Красавчик! Мой взгляд опускается вниз. И там красавчик! И это все мое!? И скоро официально!
От нахлынувшей эйфории, кружиться голова. Облизываю губы. Мое ожидание, терпение и надежда на отношения с Богданом, оправдались.
-И чего ты ждешь? - подгоняю его.
Богдан горящим взглядом, скользит по моему телу. Такое чувство, что это наш первый секс. Знала бы, что белье произведет такой фурор, раньше достала бы, его из закромов.
-Дай насмотреться.
Мое лицо начинает гореть, от смущения. Свожу ноги вместе.
-О неет, куда! - Возмущается Богдан, хватает меня за икры и разводит ноги в стороны.
Холодок между ног, намекает на то, насколько широко они раскинуты. Богдан без стеснения пялиться между них.
А я, находясь в некотором недоумении, испытывая Испанский стыд. Понимаю, что я сейчас для него как раскрытая книга. Широко, очень широко раскрытая, книга.
Читай не хочу!
-Вик у меня от тебя крыша едет.
-Пф! Скажешь тоже.
Возмущаюсь ради приличия, но внутри ликую. Но я была бы не я, если бы меня не точил червь сомнения. Пусть, сейчас, у меня белая полоса, но я, то, знаю! За белой, всегда идет черная.
Окунуться в пессимизм с головой, мне не дает Богдан. Он дергаем меня на себя.
Нависает сверху. Прижимается ко мне. Кладет руку на грудь, сжимает ее. Стон, сам собой, слетает с моих губ.
Богдан целует меня за ухо, опускается вниз, целует в ключицу. При каждом поцелуи, меня уносит. Я как будто в невесомости, не чувствую свое тело. Только как по венам течет эйфория, а между ног возбуждение.
Мои пестики, тычинки, цветочки, лепесточки в полной готовности. Жаждут любви и ласки.
Богдан, продолжает меня целовать куда придется. Спускаясь все ниже и ниже. И вот он уже около моего пупка. Неосознанно сжимаюсь. Все же непривычны для меня такие нежности.
-Расслабься, Вик.