Оставляю в стороне Ивницкую, Кузнецова и чемоданы, возвращаюсь обратно к Измайлову, который у вагона на полупустой платформе Иркутского вокзала стоит. Он ежится, сунув руку в карманы брюк, от утренней прохлады.
Успевает их вытащить и обхватить меня, когда на его шее я с разбегу повисаю. Обнимаю изо всех сил, чтоб на холодное ухо, сглатывая всю горечь и боль, быстро проговорить:
– Измайлов, ты дурак, редкий трус и временами бесчувственная скотина, но только попробуй не стать счастливым и снова струсить, упустив момент!
– А ты будь счастлива с Гариным.
– Буду, – я обещаю храбро.
Самонадеянно.
И второй раз я ухожу уже окончательно.
Не оглядываясь, пусть и точно, иррационально, зная, что больше мы уже не встретимся. Мы не напишем друг другу, не спросим про дела, не придем в гости.
Шрамы всё же на то и шрамы, чтоб заново их не тревожить.
Автор приостановил выкладку новых эпизодов