- Ты думаешь, им что-то грозит? – Удивилась Света.
- Конечно. Если они не найдут тебя, то следующими в списке будут твои родители. Звони скорее. И поинтересуйся информацией, о которой знаете только вы.
Света набрала их номер.
- Пап, привет. Слушай меня и не перебивай. Антон попал в беду, которая связана с его даром. Он сейчас в бегах, вернее мы с ним. У него кроме меня никого нет, а чтобы выйти на него, они могут выйти на вас. Вернее, они уже в пути, поэтому собирайтесь и дуйте в любую гостиницу… пап, я не шучу… контрольный вопрос, как звали нашу собаку, которую вы подарили мне на пятилетие… ладно. Да, вас могут подменить, чтобы подманить меня. Это все очень серьезно. Антона принудила работать на себя преступная группировка, в которой находится человек с такими же способностями, но намного опытнее. У них есть еще люди, которых они заставили работать на себя. Они очень опасны, пап. Не медлите ни секунды. Я буду ждать от вас звонка, когда вы устроитесь в гостинице. Пока.
Она убрала трубку в сумочку и печально спросила:
- Почему меня не назвали Геморроей, а?
- Я мог бы прочитать тебе душеспасительную лекцию про то, как не попадать в неприятные ситуации, но не буду. Ты такая, какая есть и в этом твоя прелесть. Поехали к поместью.
- А это не опасно?
- Опасно. Остановимся за пару кварталов.
Мы подъехали по навигатору и остановились, как и планировали, за пару перекрестков от забора поместья. Я присмотрел дачный домик без света с хорошим глубоким подъездом, скрывающим машину от ненужного наблюдения. Света припарковалась к нему. Я выбрался из машины и прислушался. Тихо.
- Что ты собираешься делать? – Поинтересовалась Света.
- Идти к поместью, чтобы установить контакт с Валентином. Если мне удастся, то он переберется в меня, а я попытаюсь удрать оттуда.
- Как Валентин найдет меня? – Спросила Света.
- Я наберу ему сообщение в телефоне. Когда он окажется во мне, телефон будет у него в руке. Надеюсь, он еще не настолько собака, чтобы проигнорировать и не посмотреть его содержимое.
- Как мне догадаться, что он, это он?
- Пусть Валентин назовет день своей смерти. – Я назвал ей дату.
- Ладно. А как быть с тобой?
- Ждите три часа. Вообще, я не переживаю за себя, если вы будете на свободе. Мне будет проще выбраться оттуда. Будьте осторожны. Езжайте в гостиницу, хостел, в любую ночлежку, но не домой.
- Как собака, даже такая умная, как ты, сможет дать нам знать, что сбежала?
- Я придумаю. Ладно, сиди здесь и жди. Если у меня ничего не получится, я, либо не приду совсем, либо приду сюда без звонка. В любом другом случае это будет Валентин.
Я открыл дверь и вышел на улицу. Температура воздуха стремительно приближалась к нулю. Прошел на следующую улицу и двинулся параллельно забору поместья, чтобы выйти на самое короткое расстояние до дома, надеясь дотянуться до Валентина. Если он до сих пор не раскрыл себя, то меня здесь не ждали. Кому придет серьезная мысль, что человек рискнет вернуться за своей собакой? Наверняка, решили, что я рванул из города, куда глаза глядят.
Периметр забора был утыкан камерами, за которыми сейчас сидели взбодрившиеся взбучкой охранники и смотрели во все глаза. Поэтому я не стал выходить на примыкающую улицу. Забрался в запущенный с виду огород и пробрался в палисадник, чтобы оттуда попытаться добраться до Валентина. И мне это удалось. Я переметнулся в его тело и оказался в своей маленькой комнатушке. Почему-то за столом сидела припухшая и без макияжа Ольга Павловна.
- Чё вылупился? – Спросила она меня зло.
Это было моей ошибкой, начать осматриваться сразу после нырка. Если меня ждали именно в собачьем теле, могли сразу заподозрить. Я положил морду на передние лапы и прикрыл глаза. Обратился в слух, пытаясь понять, что происходило за дверями комнаты. А там было шумно. Слышались крики на улице, разговоры по рации, шум двигателей. Мое бегство вызывало настоящую панику среди «помещиков». Приятно было это осознавать.
Сбежать из комнаты в собачьем теле не представлялось возможным, я бы не открыл лапами замок. Можно было использовать для этого юристку, но неприятное предчувствие не позволяло мне поступить именно так. Очень подозрительным показалось ее нахождение тут, словно приманка. Возможно, Ифенди или кто-нибудь из его помощников отмычек контролировали ее и ждали, когда я окажусь в ней, чтобы переселить меня в петуха, как принято было здесь поступать с ослушниками. Я не видел конец своей жизни в супе.
- Петрович, какого хрена ты тут прячешься? – Услышал я в коридоре знакомый голос лакея Яшки. – Иди во двор, бегай вдоль забора, вдруг он там прячется.