— Йоси, что это? — спросила наконец Мирьям.
— Это машина, — ответил муж, — я слышал про такие, но видеть еще не доводилось^ Смотри, смотри!
Мирьям увидела, что Ясон, протиснувшись между ногами стоявших в первых рядах, опрометью бросился в выгородку, к задней части театрона. Там двигались какие-то люди, трещал костер, тянуло дымом. Мирьям и Йосэф поспешили вслед за сыном.
Изнанка театрона выглядела совсем не празднично, но не менее загадочно. На сколоченном наспех каркасе крепились зубчатые колеса и колеса обычные, но соединенные ремнями, внизу на огне раскалялся медный сосуд, от него наверх шли тонкие металлические трубки, теряясь где-то наверху. Тяжелые на вид, наполненные песком мешки медленно спускались на веревках, поднимая своим движением такие же, но поменьше. У каркаса стояло несколько лестниц-стремянок, по ним то и дело вскарабкивались наверх мужчины в грязных пропотевших туниках, что-то подправляли в загадочных переплетениях деталей, затем так же молниеносно спускались вниз. Ими руководил высокий и грузный мужчина с бородой и спутанной гривой седеющих волос. На нем была такая же туника, как и на рабочих, темного цвета, в пятнах от грязи и подпалинах от костра, но было видно, что он здесь главный: то и дело он отдавал короткие команды зычным голосом и щедро сыпал грубыми греческими и египетскими словечками, которые Йосэф уже выучил, работая в порту, а Мирьям то и дело слышала в рыночной толпе, к счастью, не всегда их понимая. В руках он держал потрепанный и запачканный свиток папируса с ниточками строк и размашистыми рисунками. Ясон подбежал к нему и бесцеремонно потянул его за край туники:
— Дядя, дядя! А что это здесь такое?
Мужчина посмотрел сверху вниз на мальчика и присел перед ним на корточки.
— Это называется "автоматический театрон". Смотри, — он показал пальцем вверх, — Видишь ту шестеренку? Она передает движение во-он тем трем куклам, и они движутся. Понял?
— Понял, — ответил Ясон, — Ты — волшебник, да?
Мужчина расхохотался.
— Нет, малыш, я не волшебник. Я — Герон из Мусейона. А тебя как зовут?
— Ясон, — важно ответил мальчик, — Я уже целый год хожу в хедер!
Собеседник Ясона явно не понял последнего слова и вопросительно посмотрел на Йосэфа и Мирьям — он догадался, что перед ним родители непоседы, прервавшего его работу.
— Прошу извинить нас, господин, — сказал Йосэф, — Это мой сынишка, Ясон. Меня зовут Йосэф, я плотник из квартала Дельта.
Раздался громкий треск — одна из перекладин, поддерживавших несколько соединенных между собой зубчатых колес, просела, надломившись. Герон выругался, вскочил на ноги с резвостью, удивительной для его комплекции, и крикнул что-то неразборчивое своим помощникам, указывая пальцем на место, где случилась неполадка. Туда сразу кинулись трое: один подставил плечо под доску, на которой были смонтированы передачи, а двое других стали осторожно вытаскивать поврежденную деталь из конструкции и заменять ее новой. Представление, тем временем, продолжалось: колеса крутились, мешки плавно двигались вверх-вниз, откуда-то с шипением вырывались клубы пара.
Рабочие отбросили треснувшее бревно, и его половинка подкатилась под ноги Йосэфа. Он присел, потрогал разлом, отломил щепку и понюхал ее, закрыв на секунду глаза.
— Господин, — обратился он к Герону, — Прошу прощения, но мне кажется, вам стоит использовать другой материал. Ваши конструкции тяжеловаты. Я бы взял ливанский кедр — при том же диаметре он намного прочнее…
Герон с интересом посмотрел на Йосэфа.
— Вообще-то каркас не мой, а то я бы тоже взял дерево покрепче. А ты хороший плотник, как я погляжу. — Он подумал немного и сказал, — Мне нужен помощник для столярных работ. Я строю машины — вот такие, как эта, — он показал на театрон у себя за спиной, — и еще многие другие. Хочешь попробовать работать на меня?
— Да, господин, — сразу согласился Йосэф. У него было не так много заказов, чтобы пренебрегать хорошим предложением.