– Заткни свою пасть! – посипел он, выдыхая перегаром мне в шею. От чувства отвращения мне хотелось блевать, моих сил было недостаточно для того, чтобы дать сдачи. Я даже не заметила, как он запрокинул мои руки над головой, удерживая лишь одной своей. Губы этого ублюдка уже блуждали по моим ключицам, другой рукой он задирал рубашку, сдирая пуговицы. Слёзы текли из моих глаз, он ведь сделает это сейчас! Блядь! – Как же давно я хотел так сделать, ах! – кожей бедра я почувствовала нечто горячее, округлое и небольшое, от осознания что это я вновь закричала, но этот урод снова ударил меня в лицо.
– Убери! Убери-и-и, тварь! – от крика я сорвала голос, щеки чесались от бесконечных слез, но тут волна боли прошлась по моему телу, начиная от низа живота, заканчивая кончиками пальцев.
Он делал это не долго, но с каждым толчком я кричала что есть мочи. На моём лице не было живого места от его ударов.
Снова ощущение беспомощности и тотального одиночества. Я чувствовала себя жалкой, а ещё ужасно грязной. Я лежала на полу, мало чем отличаясь от матери. Единственная разница в том, что я трезва и в луже крови. Она пьяна и луже рвоты. А кому из нас хуже - бог его знает.
Ублюдок уже успел натянуть штаны и уйти на кухню. Закуривая, он пытался разбудить ту женщину, но она лишь отмахивалась.
– Твою мать! – переведя взгляд с кухни на входную дверь, я увидела ошарашенного полицейского, а после в глазах начало мутнеть. Помню лишь, как он достал оружие и направился в мою сторону, а дальше - пустота.
2. Дружба?
С усилием открыв глаза, я вижу перед собой белый потолок. От осознания того, что я не дома, настроение уже не самое поганое. Портится оно тогда, когда я вспоминаю произошедшее. На щеках жжение от солёных слёз, а охрипший голос наполняет помещение. Пытаюсь встать на ноги, замечаю катетер в руке. Выдергиваю. Выйдя в коридор, пытаюсь найти ванну. Где-то же она должна быть? Мне так плевать на то, как я выгляжу со стороны, у меня лишь одно желание - помыться. Стереть с себя всю ту грязь, которая, казалось, проникла под кожу. Я хочу содрать её с себя! Ведь до сих пор ощущению эти мерзки прикосновения.
– Девушка, да остановитесь же вы! – я слышала, что мне кто-то что-то кричал, но упорно это игнорировала. Голос зовущей меня медсестры приближался, но не успела я войти в желанную комнату, как она обняла меня со спины и потянула назад.
– Отпусти, отпусти меня! Я хочу в душ, мне нужно помыться, не трогай!
– Мы вымыли тебя, как только закончилась операция, всё в порядке, ты в безопасности! Тебе нельзя сейчас вставать, у тебя же сейчас всё швы разойдутся.
– Я чувствую их! Они на руках, на ногах, не могу, мне плохо, хватит! – почувствовав резкую боль в районе живота, я хотела опустится на пол, но двое подоспевших санитаров успели меня подловить. Чувствую укол, как меня тащат обратно в палату, а дальше снова сон. Хоть бы никогда не просыпаться.
Когда я снова открыла глаза, я увидела всё ту же медсестру, она настраивала капельницу. Милая рыжая девушка посмотрела на меня глазами, полные сочувствия. В этот момент я почувствовала себя хоть кем-то понятой. Она не говорила ни слова, просто села рядом и гладила меня по голове, пока я так же молча плакала.
– В какой я больнице? Вы знаете что-то о моей сестре? – спросила я осипшим голосом, когда немного пришла в себя.
– В двадцатой, о сестре не знаю. Знаю, что того мужчину увезли в другую больницу, в областную. Полицейский, что нашёл тебя, выстрелил ему в область печени. Сейчас врачи борются за его жизнь. Только я тебе ничего не рассказывала, сама узнала случайно! Хоть бы не спасли, такого ублюдка только могила ждёт. Наш врач, Алексей Степаныч, около часа тебя штопал, но ты не переживай! Всё хорошо сделал. Врач от бога.
– Не надо в могилу. – шепотом произнесла я, пялясь в одну точку.
– Что? Как же надо?
– Надо, чтобы он жил и страдал. Чтобы в тюрьму сел, чтобы понёс наказание. Смерть для него - это слишком просто. – на мгновение она остановила свои поглаживания. Сначала мне показалось, что она разочаровалась во мне, но потом продолжила.
– Да, наверное, так будет лучше.
– Узнайте о моей сестре, прошу. Раз пришёл полицейский, значит и сестру должны были куда-то забрать. Её зовут Макарова Алиса Валерьевна. Дата рождения 18.10.19.
– Я попробую, но ничего не обещаю. – после чего Анна ушла. Имя её было написано на бейджике, а я вновь почувствовала себя одиноко. Было чувство, словно если я останусь сейчас совсем одна, то снова сорвусь. Но мысли о сестре отвлекали меня, позволяли не вспоминать то ужасно утро. Но и вставать мне нельзя.