— Ты связан как-то с чёрными магами? — спросил я Имира игнорируя болтливую статую Олана.
— Спятил? — уставился на меня он. — Ты хоть понимаешь, что сам этот вопрос — оскорбление всего нашего рода?
Да, светлые к подобным вещам относились с особым пиететом, особенно высокородные. Но опыт с Оланом говорит, что никому верить нельзя.
— Поклянись магией, — потребовал я осознавая, что перегибаю палку, — поклянись магией всего вашего рода, что никак не связан с чёрными магами!
Взгляд Имира стал гневным, весь его вид выражал оскорблённое достоинство. Потом, видимо, он усмотрел что-то в моём лице.
— Моя семья много хорошего мне скажет, ощутив магию такой клятвы, но так и быть, — поджал он губы и произнёс формулу родовой клятвы, в воздухе вспыхнула печать, — Клянусь, что я — Имиритириэль Иллираэль Орами никак не связан с чёрными магами. Ни словом, ни делом, ни магией. Подозреваю, что знаю обо всём значительно меньше присутствующих.
Последние слова не были обязательны и добавил он их с заметной долей ехидцы. Печать клятвы тем временем вспыхнула, подтверждая правдивость его слов и осыпалась искрами на землю.
— Теперь мне кто-нибудь объяснит, что тут происходит? — Имир нервничал и начинал злиться.
— Олан связался с чёрными магами и заманил в ловушку Тэю, — пояснил я, не выпуская из поля зрения бывшего друга.
На пересказ событий ушло совсем немного времени, как и на мои догадки о былых неприятностях, в которые мы влипали. С каждым словом Имир всё больше мрачнел. Когда я замолчал, он подошёл к Олану и со всей силы зарядил ему в лицо. Кулаком. Заставляя упасть в той же позе, в которой тот стоял. Надо же, благородный и правильный Имир разозлился настолько, что не гнушается бить беззащитного.
— Тварь! — плюнул Имир. — Мы все считали тебя другом, а ты, как последняя паскуда нас предал!
— А вы все святые! — злобно расхохотался Олан. — Благородный герой — Имир, и Эйн — любитель правды как она есть! Только Весь такой правильный Имир не побрезговал залезть любимой девушке под юбку до свадьбы игнорируя все традиции, а Эйн борец за истину — скрыл, что его девчонка вообще не из нашего мира!
Не нужно было звать Имира. Теперь придётся объясняться, потому что судя по лицу Имира, он теперь не отстанет. Да и стоит ли дальше скрывать правду? Тайны не приносят счастья никому. Страшно довериться, но и врать в лицо… Попросив поставить полог тишины, рассказал всё, как есть. Имир напоминал огромную белую сову, только глазами круглыми хлопал.
— С ума сойти, — выдал он после минуты молчания. — Эйн, его нужно доставить к дознавателям.
— Нельзя, — покачал я головой. — Они будут долго копаться, а у Тэи времени нет. В нашей комнате нет никаких подозрительных вещей, я бы запомнил. Значит где-то здесь у него должно быть логово или что-то подобное. Не зря он постоянно куда-то исчезает. Олан сам как-то упоминал, что под академией существует целая система заброшенных старых ходов, похоже он-таки нашёл вход туда. Имир, вы, светлые славитесь своей способностью читать следы, поищи пожалуйста.
Пожав плечами, он зажёг светляк и принялся бродить вокруг. Продолжалось это недолго. Он быстро нашёл свежепритоптанную траву. Имир шёл впереди, я направился следом, прихватив за руку Олана и потащил его волоком, обновив заклинание обездвиживания. Вскоре мы нашли вход. Люк и он был скрыт пластом земли и травы, Олану с его водной магией ничего не стоит заставить траву выглядеть свежей, даже если ходит сюда регулярно.
Жалеть Олана никто не собирался, но нужно было, чтобы он не сломал себе шею, потому пришлось нам с Имиром постараться стаскивая вниз безвольное, злобно ругающееся тело. А внизу… Не ошибся я, настоящее логово приспешника чёрных магов. Чёрные плащи, зарисовки печатей Хаоса, и куча записей. Изучать их сейчас времени не было, на данный момент мне нужно было найти Тэю. А в этом хламе пусть другие копаются. Была тут и кровать с железными столбиками, очень подходящая, чтобы привязывать Олана, что мы и сделали.
— Уходи, — сказал я Имиру. — Мне нужно пообщаться с Оланом наедине.
Выражение лица у меня похоже, было то ещё, раз побледнел не только Олан, что начал осознавать, как он попал, но и Имир. К чести светлого эльфа, протестовать он не стал, только сглотнул громко.
— Мне нужно рассказать обо всём Дилане, — сказал Имир на последок.
— Только после клятвы, — покачал я головой. — Такой же, какую ты давал.
— Эйн, это же Дилана! — изумился он. — Ей можно верить!
— Олану мы тоже верили, — заметил я резонно, — считали его близким другом. Так что прости, Имир. Клятва не принесёт ей никакого вреда, если она не при чём.