В паре метров от нас в воздухе парило привидение. В который раз за эту ночь мои несчастные волосы зашевелились на голове. Настоящее привидение. В книгах о них упоминалось вскользь, без пояснений, чего от них ожидать. Они были слишком редким явлением на Раироне.
Столбняк напал не только на меня. Дилана, Имир и Олан тоже застыли статуями. Один Эйн оживился и расплылся в счастливой улыбке.
— Один из легендарных призраков академического кладбища! — прошептал он восторженно. Некромант, что с него взять? — Это честь, что вы нам показались!
— Я польщён, юноша, — мне показалось, или дух смутился? — При жизни меня звали Гурнар Финик Шолари, я преподавал таким же, как вы, оболтусам магию ветра.
— Рад знакомству! Я — Эйн, а рядом застыли Дилана, Тэя, Олан и Имир. Они немного пугливы. Не обижайтесь на них.
Представляя, Эйн совершенно неаристократично указывал на нас пальцем. Встреча с призраком так его взбудоражила, что он напрочь забыл про свою сдержанность и холодную отстранённость и больше походил на восторженного мальчишку, чем на тёмного эльфа.
— Я слишком стар, чтобы обижаться на чужое невежество, — прокряхтел призрак. — Вы хотя бы забавные и не агрессивные, не то что другие. Выйдешь к ним познакомиться, а они начинают сразу швыряться магией. Глупцы! Призрака не упокоить, как какого-нибудь зомби, а вот отбить желание общаться легко. Потому мы и не часто показываемся посторонним. Даже сейчас остальные не хотят выходить, хоть вы и безобидны.
Поначалу с призраком общался только Эйн, постепенно и остальные расслабились. Начали заваливать несчастного вопросами, порой абсолютно бестактными.
— Расскажите какое-нибудь старое забытое заклинание! — Олан.
— Покажите какой-нибудь тайник с сокровищами. Говорят, их тут несколько, — Имир.
— Как вы стали призраком? — Дилана.
На глупые вопросы или требования призрак не отвечал. Олану велел запомнить, что магия детям не игрушки. Имиру — что не стоит зариться на чужое. И только Дилане более мягко пояснил, что понятия не имеет, как такое произошло. Дожил до глубокой старости, умер и потом стал вот таким.
— Как «до старости»? — удивилась она. — Вы выглядите молодо!
— Юная леди, ну зачем мне смущать вас, молодых, своим дряхлым видом, когда могу показать себя с лучшей стороны?
— Э?
Вместо ответа Гурнар Финик Шолари внезапно резко и сильно постарел. Вместо мужчины в самом рассвете сил перед нами висел глубокий старец. Затем он так же быстро помолодел, став нашим ровесником.
— Ничего себе, — прошептала Дилана. — Поразительно.
Полностью согласна. Это действительно удивительно. Наш новый знакомый оказался на диво общительным. Он был готов не замолкая говорить о себе и своей прошлой жизни, и как, похоже, все старики и во всех мирах, ругать власть. Ему даже было не особенно важно, насколько внимательно его слушают. Мы, чтобы не оскорблять давно усопшего человека, кивали и даже задавали уточняющие вопросы. Не знаю, как у остальных, а у меня начинали слипаться глаза. Всё-таки ночью я привыкла спать.
Когда над кладбищем забрезжил рассвет, призрак поспешил распрощаться. По его словам, при дневном свете тяжело поддерживать видимую глазу форму, и вообще, солнце губительно сказывается на его самочувствии.
Вскоре совсем рассвело, и мы сообща решили, что можно возвращаться в общежитие и хотя бы принять душ, раз поспать не светит. Сонными были все, не только я. На дорожке, которая расходилась к двум разным корпусам — женскому и мужскому, на автомате свернули каждый в своём направлении.
— Ребят, — выдержка мне изменила, и я, остановившись, обвела всех взглядом. — Спасибо вам.
В ответ мне вяло покивали, заверив, что нет проблем. Друзья на то и нужны, чтобы выручать друг друга. У меня же элементарно не хватало слов выразить свою признательность. Они не обязаны были этого делать, но пришли, чтобы мне не было страшно одной. Все пришли, даже Эйн, который сначала наотрез отказался. Да, скорее всего, он пошёл не ради меня, а из-за Диланы, или чтобы не выглядеть сволочью на фоне остальных, но мне не хотелось придавать этому значения и анализировать. Важным было, что у меня появились друзья. Настоящие. Готовые помочь, если что-то случится, и уже не раз меня выручавшие. Более того, моими друзьями стали те, о ком я столько мечтала. Но сейчас я видела в них не любимых героев книг, а живых людей. Растроганно шмыгнула носом, понимая — назад пути нет. Теперь, если кому-то из них понадобится помощь, я не смогу остаться в стороне, потому что они мои друзья.