Ника заерзала на стуле и спросила:
— Согласно твоей дедукции получается, что я хорошо дрессированная голодная собака?
Кирран сделал еще один глоток и кивнул.
— Фигурально выражаясь.
Верис сняла колбасу с очередного бутерброда и откусила уже без хлеба.
— Я убью Фроста. Как только его увижу — в эту же секунду! Вот увидишь.
— Это вряд ли, — усмехнулся приятель.
— С чего вдруг?
— Ты же подписала документ. Теперь, сделать со своим подопечным нечто кровожадное у тебя вряд ли получится. Ваша связь скреплена договором.
Ника огорченно скрестила руки на груди и пробубнила:
— Вот завтра и посмотрим. Как скрепилась наша связь, так и раскрепится. И да, Кир, слушай, Далистый предупредил, что с тобой говорить на эту тему я могу, ну потому что ты сам видел Фроста. Но Дину ничего не говори, — сказала Ника, озираясь по сторонам в поисках невидимого друга. — Не уверена, что он умеет хранить секреты. И вообще никому. Хотя как такое умолчать?
— Не вопрос, — подмигнув, произнес Кирран. — Могла бы и не предупреждать. Если узнают, что Фрост действительно жив, шуму поднимется.
Девушка улыбнулась и стащила кружок колбасы с еще одного бутерброда.
— Вот вы, сссуки, какие, а! — вдруг громогласно раздалось на кухни.
Кирран переглянулся с подругой. Она закатила глаза и поинтересовалась:
— И давно ты здесь?
— Давненько, чтобы наслушаться про себя гадостей! — рявкнула появившаяся в воздухе голова Репентино. — Еще и пьете без меня.
— Мы здесь не гадости про тебя собираем, а факты, — пояснила Ника.
— И без тебя мы не только пьем, — добавил Кирран.
— Факты? К вашему удивлению, я суперски храню секреты, — возразил Дин. — Это я как раз умею! Я работаю в ОЧП, у меня красный диплом секретного агента.
— Твой диплом красный от стыда, — сказала Ника и потянулась за выпечкой. — Зюзя, подай вон тот поджаренный пунтик, пожалуйста, — вежливо попросила она.
Запьяневший Кирран передал выпечку подруге.
Прошло мгновение, прежде чем Репентино хохотнул.
— Никак не могу понять, почему вы до сих пор не женаты? — встав между друзьями, глумливо поинтересовался Дин. — Вы относитесь друг к другу с таким почтением, будто дряхлые супруги.Ника отстраненно покосилась на Киррана — иначе, чем на друга на него никогда не смотрела.
— Дин, ты придурок, — огрызнулась она, — завидуй молча.
— Репентино, давай без шуток. Ты же понимаешь, что подслушанное должно остаться в стенах этой кухни? Это важно, прежде всего, для твоей сестры, — заговорил Кирран.
Репентино театрально кивнул и заглянул в холодильник. Вместе с запотевшей бутылкой пива появилось его обнаженное тело.
— Фуу-Дин! — брезгливо вскрикнула Ника. — Немедленно спрячь свои гениталии!
Открыв бутылку, Репентино потряс бедрами и ухмыльнулся:
— Тебя не возбуждает расхаживающий по квартире голозадый парень?
— Я слишком часто вижу твой зад, чтобы он меня возбуждал! — возразила девушка. — Почему не обратиться в лабораторию, чтобы тебе придумали хотя бы трусы?
Дин сделал жадный глоток пива и, покосился на Киррана.
— Это для него. Тебе же нравится?
Кирран покачал головой и, подняв руки в шуточном жесте «сдаюсь», засмеялся:
— Я помню, что проиграл и на все твои каверзные вопросы должен отвечать «да». Поэтом я скажу «Да», но это значит «Нет».
Репентино довольно вздохнул и сел за стол, спрятав смущавшие всех гениталии под тарелкой с бутербродами.
— Кир, хочешь взять у меня колбаску? — приподняв ломтик сервелата, предложил он.
— Да, но это значит “нет”.
— А “нет” это значит “да”?
Кирран в ответ показал средний палец.
Лицо Дина вдруг озарилось:
— Эй, Никуль, я кое-что придумал.
Она покачала головой: — Сейчас не до твоих пошлых выдумок.
— Это насчет Фроста.
— Ну, и?
— Ты ведь теперь с ним будешь проводить все свое свободное время? Не смотри на меня так.
Ника гордо подняла голову и проворчала:
— Я не собираюсь тратить на него все свое свободное время. Мое дежурство будет длиться всего двенадцать часов. Ночью он не должен выходить из дома.
— Да не суть! — возмутился Репентино. — Может, когда ты будешь у Фроста, спросишь, зачем ему был нужен воробей?
Ника посмотрела на Киррана, затем медленно перевела взгляд на брата:
— Какой еще воробей?
Дин шлепнул ладонью по столу и возмутился:
— Вспомните же! Фрост на поясе носил мертвого воробья.