Вадим сцепил зубы и заставил себя просвистеть несколько тактов первого пришедшего на ум: "Комбат-батяня, батяня-комбат..."
Стервятники - теперь Вадим видел, что это в самом деле обычные грифы, мерзкие и голошеие - ходили кругами очень близко. В полукилометре, не больше. И невысоко, отчетливо снижаясь. Черт, а что если там лежат остатки какой-нибудь удачной ночной охоты? Чем больше становился голод, тем слабее подавала голос брезгливость - зрелище обвалянных в земле ошметков трапезы того же "медведя" уже не вызывало особого отвращения. Зажигалка есть, нож есть, можно надрать сухой травы и худо-бедно поджарить мясо... Хищники ведь никогда не съедают всего целиком, что-нибудь, да осталось... Конечно, есть опасность наткнуться на самого охотника. Но можно подойти тихо, подкрасться как-нибудь...
Вадим побежал через бизонью "дорогу", как солдат под обстрелом. Когда он добрался до целой травы сердце подпрыгивало где-то в горле - не от усталости, триста метров - не расстояние... "Теперь - осторожнее, осторожнее... В левой руке Вадим снимал почти бесполезный пистолет, в правой - раскрытый нож. Так он и крался через траву - почти не дыша, превратившись в слух...
Стервятники увидели мальчишку - от них-то прятаться было глупо. Разразившись мерзкими курлыкающими криками, они резко набрали высоту и продолжили свое кружение, признав право Вадима - более крупного хищника - на первенство в поедании... чего? Вадим пока ничего не видел и не слышал. Это обнадеживало. Значит, если там что-то есть, то охотник уже ушел. Только эта проклятая трава...
...Вместо крика из горла у Вадима вырвалось какое-то курлыканье - не хуже, чем у круживших над головой голошеих птиц. Он ожидал увидеть что угодно, готовился к зрелищу разбросанных останков, внутренностей, сохнущей крови... Первое, что он увидел - было острие меча с горящей на нем солнечной искрой.
Острие было направлено в его сторону.
Второе - глаза, смотревшие безразлично и в то же время оценивающе.
Вскинув сразу обе руки, Вадим шарахнулся назад, в траву. Он почти выстрелил - встреча с человеком оказалась страшнее всего остального именно потому, что он к ней не готовился, он просто забыл, что тут могут быть другие люди!
Человек не нападал. Он вообще не двигался - сидел на земле, не сводя глаз с пришельца. Похоже, он был так же в напряге, как и Вадим, только лучше владел собой.