- Берегись верёвок! - крикнул он, прикрыв спину Вадима. Тот мотнул головой, на секунду подумав только: "Что я делать-то собираюсь?!" В самом деле - что он собирался делать с мечом против двоих всадников?! Но у Ротбирта вообще был только нож, хоть и длинный...
Брошенный кем-то топор раскроил через лошади одного из атакующих. Мальчишки успели заметить, что всадники обеих сторон столкнулись. Длинные пики анласов вышибли из сёдел разом четверых врагов - и теперь и те и другие вертелись бешеной каруселью, скрещивая мечи и сабли.
Что делал Ротбирт - Вадим не знал и не мог знать. На него шёл первый в жизни настоящий враг - всадник убитой топором лошади. Не в драку шёл, а чтобы убить или быть убитым. Вадим растерялся бы, наверное, будь у него на это время.
Не было времени. Смуглолицый шёл на мальчишку, щеря гнилые зубы. Шапка с него свалилась, щит он тоже потерял, но обеими руками водил перед собой кривой саблей с длинной рукоятью - водил и что-то шипел. Вообще он походил даже не на человека, а на некое странное и опасное пресмыкающееся.
И тут Вадимом овладело странное состояние... Это был неожиданный приступ ярости, от которой всё вокруг стало ясным и медленным, а в ноздри хлынули запахи такой силы, что Вадим не поверил бы рассказу другого человека, что можно так чувствовать. Не дожидаясь атаки, Вадим сделал обманный фехтовальный выпад - как будто в руке была привычная рапира, а не меч - и изо всех вогнал меч под рёбра слева врага, проткнув кожаный доспех.
- Ык, - сказал смуглолицый, роняя из рук занесённую саблю. Мальчишка упёрся ногой в бедро врага и столкнул того с клинка, испытав лишь на миг что-то вроде омерзения от податливости уже неживого тела. Оглянулся.
Ротбирт каким-то образом - пеший и с одним ножом против конного с саблей - управился со своим противником. Да и вообще бой уже кончился. Коричнево-алыми кучками тут и там лежали порубленные и заколотые. Из анласов, похоже, больше никто не пострадал - они спешивались, переговаривались и поглядывали то на убитых, то на мальчишек.
Вадим подумал, что неприятности могут и не закончиться. Он протянул меч Ротбирту и сказал тихо:
- Держи, спасибо...
- А ты хорошо бьёшь, Вадомайр, - одобрительно сказал тот, несколько раз с силой вонзая клинок в землю. Что-то пробормотал - явно к земле и обращаясь. А потом, словно и не замечая спасителей, направился собирать свои стрелы. Подобрал одну вражескую, хмыкнул - она была слишком лёгкая и короткая, едва в две трети длины стрел Ротбирта, а наконечник подлый, с двумя шипами. Мальчишка с презрением её отбросил и переломил, наступив пяткой.