Таксист выразительно покашлял, и ребята отпрянули друг от друга. Дима облизал пересохшие губы. Девушка жадно смотрела на него, как будто ласкала, раздевала взглядом. Никто так больше никогда на него смотрел, как она.
- Ась, я очень… - хрипло начал он, но не успел договорить «соскучился», как девушка его перебила.
- Знаю.
- А ты…
- Ужасно.
Оба замолчали. С момента их последнего разговора ситуация не поменялась, но им было плохо друг без друга. И что с этим делать?
- Не трогай меня пока, ладно? – умоляюще попросил Дима, нежно погладив её открытую ладонь, - Я не смогу остановиться, а у тебя нога…
- У меня нога, - эхом отозвалась Ася, - а у тебя на какой коленке была травма?
- На правой.
- А у меня на левой, - усмехнулась девушка, - Ну что ж, две здоровые ноги на пару - я считаю, достаточно!
- На пару? – многозначительно переспросил Дима, и Ася смутилась.
- Ну на пару, в смысле на нас двоих, ну ты…
- Я понял, - улыбнулся Варламов, - Мы приехали.
39
Жесткие пальцы быстро и профессионально ощупали колено, понажимали, потянули в разные стороны. Ася терпела.
- Похоже на разрыв связки, - наконец сообщил врач, - но мениски тоже исключать нельзя.
- А что…что с этим делать? – робко спросила девушка, - мне бы срочно.
- Тут всем срочно, кому не срочно, в поликлинику идут. Вы кто?
- В смысле? – не поняла Ася.
- Она актриса, - поспешил вмешаться Варламов, - из театра Гончарова.
- Хороший театр, - милостиво кивнул доктор, - жене моей нравится. Если прям срочно-срочно, можем завтра утром вас прооперировать, там есть небольшое «окошко».
- Оперировать? – Ася побледнела.
- А как вы хотели? Я вам мазями или массажами должен связку сращивать? Да это быстро. Раз-два и готово. А на следующий день сможете на своих ногах уйти домой.
- Завтра операция, - начала считать Ася, - послезавтра домой, а вечером как раз премьера…
- Вы собрались сразу играть? – врач посмотрел на неё, как на душевнобольную, - Совсем себя не жалеете? Разрешаю только в том случае, если вы весь спектакль сидите.
- Нет…там танцы есть, и ходить надо, - пролепетала девушка.
- Значит, нет, - равнодушно сказал врач, - если, конечно, в будущем еще планируете пользоваться этой ногой. Так что, записываю на операцию?
- Да, - ответил за Асю Дима.
- В кассе утром оплатите, сейчас там уже нет никого. Я выпишу направление. На ночь остаетесь в стационаре, сейчас медсестра анализы у вас возьмет, утром в 8 заберем вас в операционную. Вопросы?
- Нет, спасибо большое! – снова ответил Дима, потому что Ася плакала. Не тряслась, не рыдала, просто сидела молча, а по лицу катились градом прозрачные слезы.
Врач ушел, а Ася глухо проговорила:
- Это всё карма. Я когда-то давно получила роль, потому что актриса ногу сломала. И вот теперь пришла пора расплачиваться – мою роль будет играть Наташа. А все из-за этой дурацкой коленки!
- Чего??? – изумился Варламов, - какая нахрен карма? Ася, откуда такие мысли, ты ж не дурочка. Это тупо случайность, shit happens, как говорится.
- Может, и дурочка. Я уже ничего не понимаю. За одну секунду всё в жизни поломалось.
- Не всё, - с уверенностью сказал Дима, потянулся и обнял её. Ася уткнулась ему в плечо, оплакивая свою самую лучшую роль, прощаясь с ней навсегда. Юричу она так и не позвонила.
Перед операцией ей явно вкололи что-то удивительное, потому что страх сразу исчез, а на смену ему пришло странное полупьяное состояние, в котором Асю совершенно не волновало, что кто-то сейчас режет ей ногу. Лежа на операционном столе, девушка кокетничала с хирургом, читала ему отрывки из своего монолога и жаловалась на несправедливость судьбы. Хирург терпеливо выслушивал, видимо, за годы работы он и не такое видел.
Когда после операции Асю привезли обратно в палату, у неё начался ужасный отходняк: все тело трясло в диком ознобе и очень хотелось плакать. Согревшись в одеяле и немного порыдав, она наконец начала успокаиваться и поняла, что её потихоньку отпускает. Всё, операция сделана, назад пути нет – на колене красуются швы, из спектакля её убрали, карьера полетела под откос, не успев толком начаться. Кажется, от всего этого можно впасть в такую глубокую депрессию, что никакой психотерапевт не достанет, но нет. Почему-то она не ощущает, что ей очень плохо. Может, потому, что вчера весь вечер с ней был Дима? Он прикрывал её и тащил на спектакле, он нашел больницу, врача и привез её сюда, он смотался в круглосуточный супермаркет и купил ей зубную щетку, кружку и даже трусы! Дима вел себя так, как будто… как будто он её муж.