Пока я сидела в машине, не было слышно её рыданий, но стоило выйти на улицу, как моё сердце разбилось. Это был крик отчаяния, её крик. Я сразу поняла, что дело не только в том, что рассказал папа. Из-за этого Вилора не позволила бы себе вот так позориться. Она всегда была выше проблем.
Немалых трудов мне стоило поднять сестру и усадить в машину. Она была старше меня на три года. Ростом я ей по грудь, худощавая и достаточно слабая. А Вилора, несмотря на свою стройность и хрупкость, могла бы быка на скаку остановить. Изящные формы, полученные от природы, она оттачивала и тренировала в спортивном зале. Поэтому пушинкой её не назовёшь. Пока я пыталась довести её до машины, думала, что сама сложусь пополам. Но в тот момент меня это не волновало. Такое нетипичное поведение сестрицы меня очень напугало. Да и репортёры скоро набегут, если я не опоздала.
Мы сели в удобный кожаный салон. Автомобиль тронулся с места. Я смотрела на Вил, такую замученную, в слезах, мокрую и жалкую. Она положила голову мне на колени, а мои руки гладили слипшиеся влажные волосы. Никогда не видела её в таком состоянии. Сколько себя помню. Она всегда улыбалась. Да, эмоции у неё били через край. Гнев, неприязнь, ревность, что угодно. Эта девушка – котёл с жизненной силой и энергией. Там было всё. Но не отчаяние и не растерянность. И вот сегодня, я их увидала. Это жуткое зрелище. Человек, который сияет и освещает твой мир, вдруг потух и сейчас свернулся комочком у твоих коленей. Я даже почувствовала, будто это у меня жизнь разбита, потому что всегда подпитывалась от неё.
Водитель отвёз нас домой. Я помогла Вилоре снять мокрые вещи и улечься в постель, напоила тёплым успокаивающим напитком. Сестра быстро уснула, но даже во сне продолжала всхлипывать и стонать.
Я всё это время провела около неё. Просто не могла никуда уйти. Пару раз заглядывала мама, но мне нечего было ей рассказать. Я абсолютно ничего не знала. Папа уже, конечно, сказал ей про контракт, но дело в том, что не он так ранил сестру. Не он разбил ей сердце. Я чувствовала, что есть тут ещё что-то. Уверена.
Вилора проспала до вечера. Открыв глаза, она не сразу поняла даже, где находится:
- Как я тут очутилась? – Вил посмотрела в окно: уже смеркалось. – Который час?
- Я приехала за тобой и забрала.
- Как ты узнала, где я?
- Я позвонила тебе. Мне ответила какая-то женщина и сообщила, где ты находишься и в каком состоянии. Я сразу же бросила все дела и поехала за тобой. …Вилли, дорогая, что стряслось?
- Ну, про папино прошлое, думаю, ты уже в курсе?
- Да, я пока ехала за тобой, звонила отцу. Только, мне почему-то кажется, что это ещё не всё. Ну, не похоже это на тебя. Тем более что ещё ничего не решено. Нужно поднять все наши связи.
- Не всё. Только вот со свадьбой всё решено. Я прихватила с собой бумаги из офиса. Там всё довольно конкретно и серьёзно. Но это уже не важно.
- Что? Почему?
- Это всё не важно. Рита,… он бросил меня…Крис, - по щеке прокатилась слеза – я не нужна такая. Он говорил такие ужасные вещи, что я обманула его, чужая невеста, собственность этого, блин, как его имя то….
Она опустила голову на колени и зарыдала.
- Не понимаю… - Я испытала шок. Ведь они так любили друг друга. Неужели всё это обман. Как люди могут так мастерски притворяться. Крис всегда улыбался рядом с сестрой. Когда они заходили в гости, он был вежлив и уважителен с родителями, никогда не обижал меня, даже если я задавала глупые вопросы. Крис всегда помогал Вилоре и был рядом. Он – её опора и поддержка. И тут такое…. Предательство.
- Как он мог! Он сказал, что я чужая. ЕГО собственность. Он не хочет сюда вмешиваться. Ему нужна свободная девушка. Сказал: «В общем, сорри, бейби, нам не по пути». Я умоляла его не поступать так со мной. Обещала, что папа найдёт выход. А он на это лишь указал мне на дверь машины, жестом показывая, чтобы скорее выметалась. Я с трудом выбиралась наружу. Ноги не хотели держать тело. – Стеклянными глазами сестра смотрела на чёрный экран плазменного телевизора, висевшего на стене. - А потом он окликнул меня. Я обернулась, веря в то, что это была неудачная шутка, что он не поступил бы так со мной. Тем более сегодня, в такой день. Это невозможно. … А он лишь пренебрежительно бросил: «Если станешь свободной, позвони. Кто знает, вдруг твой папаша и правда всё уладит. Возможно, мы сможем весело провести время. А сейчас, извини, мне пора. Кстати, С Днём Рождения».