— Один капучино, пожалуйста, — сказала я.
———
ДОРОГИЕ читатели, не забывайте ставить лайки если вам понравилось чтение, спасибо ☺️
12
До суда оставалось четыре дня, когда мне позвонил главный редактор.
— Ну, что там у тебя? — спросил он.
Я рассказала о последней встрече с Кокориной, не забыв упомянуть о наезде азиата.
— Ничего себе, пахнет жареным, — сказал он и добавил, — накатай-ка ты на этих хлопцев в полицию.
— На кого из них, на джипе даже номеров не было, или может на Тагирова сразу? — меня почему-то охватило раздражение.
— Нет, на Тагирова не надо, если это и его люди, то нужны доказательства.
— Да это и так понятно, только в полицию я пока не пойду.
Старик немного подумал и сказал, что позаботится о моей безопасности, затем переключился к материалу по судебному процессу.
— Не хватает главного доказательства, найди этого терпилу, как его? — я подсказала, — Да, Чигина, получи от него вразумительный ответ. Почему человек, который потерял жену в аварии, скрывает правду? Нет, не так, он сознательно, по какой-то причине, дал следствию ложные показания. Если этого не будет, вся твоя конструкция по Тагирову рассыплется, как песочный домик. От Кокориной проку никакого, она свое дело сделала. Нам нужен козырь, понимаешь? Кое-кому наша статья очень не понравится.
Я рисковала, могла легко повторить судьбу журналиста Кулякина, на минуту я даже представила себя безработной, бредущей по хмурому серому городу с бутылкой в руке, и про себя, рассмеялась. Ни страха, ни сожаления я не испытывала, лишь профессиональный интерес, может, поэтому я люблю свою работу, за эти острые ощущения?
Валерий Чигин жил в частном доме, об этом мне сообщил Виталик, снабдив меня сухой информацией.
— Он живет в частном секторе, в черте города, так, что найти будет его не трудно, — сказал он и сообщил мне точный адрес.
— Это все?
— Если ты мне дашь немного времени, я смогу тебя удивить, — сказал он, и я ему поверила, не было повода не верить. Я не вникала, как и где он добывает сведения, но знала точно, что не было ничего, о чем он мог бы не узнать.
Дом 113, по улице Линейной я нашла не так быстро, пришлось поблуждать по узким закоулкам, усеянными старыми частными домиками, вытесняемыми высокими кирпичными коттеджами и особняками. Дом Чигина находился в самом конце улицы, он отличался от мрачных домов соседей новенькими стенами из силикатного кирпича и пластиковыми окнами. Двухэтажное строение, огороженное забором из профнастила, венчала зеленая крыша с флюгером в виде металлической стрелы.
Чигины, согласно домовой книге, обитали здесь с середины прошлого века. Земля и дом Валерию Чигину достались по наследству от родителей.
Я прокатила вдоль забора, поставила машину под высоким деревом, за которым начинался овраг. Взяла сумку, закрыла двери и направилась к воротам дома №113. Не успела я дойти до ворот, как за забором послышалась возня, звон цепи и через секунду из прорытой ямы-норы показалась бело-черная голова собаки неизвестной мне породы. Я еще не успела испугаться, как псина разразилась диким лаем, и, выскочив из-под забора, рванула ко мне. Длинная цепь со звоном болталась за ней, в последний момент я успела увернуться и подставиться боком.
Пес своим телом ударил меня в плечо, его зубы клацнули у самого уха. Я завопила во весь голос, инстинктивно, наотмашь ударила пса по морде сумкой. Он отскочил, готовый к новому прыжку, остервенело загавкал, из открытой пасти на снег стекала слюна. Господи, я всегда была приверженцем защиты животных, но этот выглядел совершенно сумасшедшим зверем, опасным для людей, для их здоровья и жизни. Я едва не умирала от страха, и кричала не своим голосом, звала на помощь в надежде, что меня кто-нибудь услышит.
Меня услышали. Калитка отворилась. На пороге возник полный парень в синей длинной парке, примерно моего возраста, он позвал пса. Пес успокоился, но далеко не отошел, встал в метре от меня и злобно, сверкая глазами, не отпускал меня из виду, я боялась шелохнуться. Где-то я слышала, что животные, особенно собаки, отображают своих хозяев.
— Это батин пес, никого не слушает кроме него, так что лучше уходите, — сказал парень.
— Вы Валерий Чигин? — спросила я, силясь справиться со страхом.
— Я Паша. Валера — это мой батя. Вы, кто будете?
— Мы так и будем под охранной разговаривать? — спросила я, посматривая на пса, тот продолжал стоять в боевой стойке.
Чигин младший пожал плечами. Я спросила его про отца.
— А что хотели то?
— Поговорить.
— Сам его жду, вот трубы привез, — сказал Павел, он принялся рассказывать мне о системе отопления и дренажной системе. Мне он показался легкомысленным и недалеким человеком. Такие — погибать будешь — пройдут мимо.